Все новости
Общество |
Экономика |
Спорт |
Происшествия |
Здоровье |
Политика |
Культура |
Туризм |
Любимые песни родителей |
15.06.2021 | 10:00
Не дело врачей

Не дело врачей

Находящаяся под следствием Наталья Бухольцева проявила чудеса телепортации

Как известно, приближающийся профессиональный праздник День медицинского работника бывший главврач «Городской поликлиники №6» Наталья Бухольцева встретила под домашним арестом. С момента возбуждения данного «медицинского» дела прошло уже десять месяцев, а, по сути, ничего конкретного для обозрения публики в открытом доступе так и не появилось. Не беремся судить о том, как продвигается следствие и уж тем более чем оно закончится, что именно совершила бывший главврач «Городской поликлиники №6» Наталья Бухольцева, однако один прелюбопытный факт из жизни подследственного нам зафиксировать все же удалось.

Как известно, Наталья Бухольцева была задержана 27 августа 2020 года, помещена в СИЗО, где находилась четыре месяца, то есть вплоть до 23 декабря. В среду, 23 декабря, в Советском районном суде состоялся процесс, который заменил арестованной меру пресечения на домашний арест. Интересно, что в этот же день, в среду, на страницах одного из республиканских изданий вышло эксклюзивное интервью Натальи Бухольцевой под заголовком «Экс-замминистра рассказала из СИЗО о выдвинутых против нее обвинениях».

Если понимать напечатанное буквально, Наталья Бухольцева дала интервью прямо из стен бывшего Верхнеудинского тюремного  замка, что в рамках существующих законов запрещено. Это киногерой Гарика Харламова из сериала «Зона комфорта», где снялся также бурятский актер Жаргал Бадмацыренов, находясь в норвежской тюрьме, может искать пропавшие миллионы по всему миру, через ноутбук общаться со всем миром, попутно решая разом все свои проблемы.

Вопрос заключается в том, как такое стало возможно в Бурятии? 

Интервью из СИЗО

Вышедшая 23 декабря в газете «Номер один» статья начиналась с фразы: «Нам удалось связаться с Натальей Бухольцевой и ее адвокатом, которые впервые раскрыли свою версию громкого уголовного дела».

Исходя из написанного следует, что журналист, готовя публикацию для номера с датой выхода 23 декабря 2020 года, мог связаться с Бухольцевой только тогда, когда она еще была в СИЗО. Каким образом осуществилась эта связь, звонила Наталья Бухольцева из камеры, писала СМС, общалась через окно Skype, как киногерой Гарика Харламова, либо овладела приемами телепортации, неизвестно и похоже на абсурд. Можно только утверждать, что делала она это вместе со своим адвокатом Павлом Нижегородцевым, поскольку уголовное дело о якобы похищенных из бюджета миллионах и прочих обстоятельствах они комментировали вместе. Вот их монологи.

«Следствие пишет, что я подписывала акты на непоставленное оборудование и производила оплату до 30 июня 2020 года на сумму 9,3 млн. Но я не проводила оплату, ведь уже не работала там. Актов в деле нет, а за них почему-то принимаются приложения к договору. Хотя оборудование поступило позже, оно просто не могло прийти в день подписания договора. Когда пришло оборудование, очень легко проверить по постановке его на бухучет, но следствие этого не делает», – заявила журналисту Наталья Бухольцева.

«По договору аренды имущества финансовые затраты значительно больше, чем просто при его приобретении. В нашем случае это именно договор аренды, когда арендодатель несет все затраты по установке и эксплуатации оборудования, в том числе по его обслуживанию и ремонту, обучению персонала, страхованию и т. п. Поэтому совершенно некорректно сравнивать стоимость оборудования и объемы платежей по договору аренды так, как это делает орган следствия», – дополнил адвокат обвиняемой Павел Нижегородцев.   

«Заключение меня под стражу используется следствием исключительно как морально-психологическое воздействие и давление. Как доказать невиновность, если следствие игнорирует очевидное? Игнорируется тот факт, что я не могла ни физически, ни фактически украсть эти миллионы, потому что там элементарно не работала. Полный абсурд», – говорила тогда из СИЗО Наталья Андреевна.

Записки доктора

Существует еще одна версия того, как находящейся в заточении Наталье Бухольцевой удалось дать столь подробное интервью печатному изданию. Она написала все это на бумаге и отправила в редакцию. Опять же возникает вопрос – как именно она это сделала, потому что закон на этот счет в отношении подозреваемых и обвиняемых предельно конкретен.

Выдержка из федерального закона:

«Отправление и получение подозреваемыми и обвиняемыми писем осуществляется за их счет через администрацию СИЗО.

– Переписка подвергается цензуре.

– Письма от подозреваемых и обвиняемых принимаются представителем администрации ежедневно. Письма принимаются только в незапечатанных конвертах с указанием на них фамилии, имени, отчества отправителя и почтового адреса СИЗО.

– Письма, адресованные подозреваемым и обвиняемым, в том числе находящимся на свободе, потерпевшим, свидетелям преступления, содержащие какие-либо сведения по уголовному делу… адресату не отправляются, подозреваемым и обвиняемым не вручаются и передаются лицу или органу, в производстве которых находится уголовное дело».

Иными словами, если бы Наталья Бухольцева написала такое письмо для редакции, она обязана была его передать в администрацию СИЗО для цензуры. Письмо это, прошедшее цензуру, должно было прийти в редакцию через почтовую связь, однако в опубликованной статье нет даже намека на это. Возможно, письмо от врача Натальи Бухольцевой могло попасть в редакцию с помощью посыльного, в роли которого мог выступить тот же адвокат Павел Нижегородцев. Возникает вопрос, насколько в данном случае действия адвоката не противоречили Кодексу профессиональной этики адвоката?

Ответить на этот вопрос наверняка могла бы соответствующая прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях. Само по себе уже примечательно, когда находящийся в специализированном учреждении гражданин, невзирая на решетки, колючую проволоку и прочие меры, начинает раздавать направо и налево интервью, да еще и давать оценку следствию, делать выводы и прочие умозаключения. Почему бы прокуратуре по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях не выяснить, к примеру, каким образом давала это самое интервью Наталья Бухольцева и кто ей в этом помогал?

Почему бы Адвокатской палате Бурятии не провести расследование данного потрясающего прецедента не только для Бурятии, но и для всей страны на предмет того, проходили ли письма Натальи Бухольцевой цензуру исправительного учреждения и каким образом все-таки эти письма, если это были они, попали в редакцию? Выводы могут быть очень интересными. Не будем забывать, что в том же СИЗО ныне находится бывший коллега Натальи Бухольцевой по Улан-Удэнскому горсовету Жаргал Цыбиков. Как известно, глава МУП «Водоканал» был арестован еще в середине января этого года. 4 июня Советский районный суд Улан-Удэ продлил срок его содержания под стражей до 11 августа 2021 года. Вполне возможно, что, проведя полгода в не самых комфортных условиях, Жаргал Цыбиков также захочет повторить опыт коллеги и дать эксклюзивное интервью прямо из СИЗО. Рекомендации надзорных органов в этом случае ему и его адвокату очень бы пригодились.

Кол-во просмотров: 8143

Поделиться новостью:


Поделиться:

Похожие новости
Новости 1 - 6 из 50067
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец