Оформить доставку из интернет-магазина

Лидер мусульман в Бурятии: если Путин скажет, отдайте государству все ради победы, я это сделаю.

Имам Центральной мечети г. Улан-Удэ высказался по поводу инаугурации Алексея Цыденова и спецоперации
Политика |
Фото Лидер мусульман в Бурятии: если Путин скажет, отдайте государству все ради победы, я это сделаю.
Фото: Татьяна Никитина

Состоялась инаугурация избранного главы Республики Бурятия Алексея Цыденова, где в числе приглашенных религиозных деятелей высокое собрание посетил имам Центральной мечети г. Улан-Удэ Сафиулла-хазрат Хамид. Мы встретились с имамом, чтобы поговорить об исламском мире в Бурятии, вновь избранном главе, власти и спецоперации.

— Сафиулла Хамид, у вас две родины – Афганистан, где вы родились и выросли, и Бурятия, где живете с 1985 года. О чем вы думали, когда слушали речь Алексея Цыденова?

— Я родился в семье, где воспитывалось восемь детей, был лучшим учеником в школе. Как лучший ученик по действовавшей тогда программе поехал в Советский Союз получать высшее образование, чтобы строить новую Демократическую Республику Афганистан. Мы приехали в Минск, где год учили русский язык, потом случилась перестройка и нашу группу студентов-афганцев направили в Бурятию. От 22 человек на тот момент осталась половина. В Улан-Удэ с нами встретился председатель Совета министров Бурятии Владимир Саганов вместе с ректором БГПИ Геннадием Басаевым, нас очень тепло приняли, и мы поступили в вуз.

Чтобы себя кормить, пришлось заняться коммерцией. Летая по делам, в самолете не раз встречал руководителей республики — Потапова, Наговицына, Цыденова. С женой Леонида Васильевича Ниной Сергеевной мы были знакомы по работе. Как-то ночью в Улан-Удэ пришел контейнер с товаром, который необходимо было срочно разгрузить. На помощь позвали нас, молодых ребят, а также родственников торговых работников. Пришел разгружать контейнер и Леонид Васильевич, хотя тогда он уже был первым секретарем обкома.  

Наговицын приходил к нам в Дом дружбы народов, фотографировался. Алексей Цыденов на первой же встрече показал себя очень открытым и простым человеком. В самолете вместе со всеми заходил в салон, был таким же пассажиром, как все.

— Если бы вам дали слово на инаугурации, что бы вы сказали?

— Цыденов — тот человек, который хочет служить народу, но невозможно угодить всем. У афганцев есть пословица: «Человек не может угодить всем, но если он угодит хотя бы части людей, этого достаточно». Когда-то мы обращались к первому президенту Бурятии Леониду Потапову с просьбой выделить землю под мечеть. Перед совещанием я совершил молитву и опоздал на 10 минут. Потапов выслушал меня, поручил Елаеву решить вопрос.

— А встреча с президентом не повод перенести молитву? Леонид Васильевич был очень пунктуальным, опоздавших, насколько помнится, на совещания не пускали.

— Ни встреча с президентом, ни что иное не повод для мусульманина пропустить молитву. О том, что нельзя опаздывать, я тоже знал. Поэтому молился так: «Господи, если от этой встречи есть польза, сделай так, чтобы я успел». Я совершил намаз, сел в машину и через десять минут был на площади Советов. Когда вошел в зал, все сидели за круглым столом, не было только Потапова, он задерживался. На этом совещании я сказал: «Господин президент, у всех в Улан-Удэ есть свои храмы, а у мусульман нет». После этого мы, представители всех мусульманских диаспор Бурятии, пошли к тогдашнему мэру Улан-Удэ Геннадию Айдаеву, землю выделили, и мы построили мечеть.

Сейчас мы свои просьбы доносим до председателя комитета по межнациональным связям Михаила Харитонова. А если бы у меня была возможность поговорить с Алексеем Цыденовым, я бы задал вопрос, почему нам не дают разрешение на строительство рядом с мечетью культурного центра, где наши дети могли бы учить язык, заниматься спортом, проводить разные мероприятия.

— Почему именно вас выбрали имамом, хотя афганская диаспора в Бурятии – самая малочисленная из всех мусульманских диаспор?

— Когда после встречи с Леонидом Васильевичем решился вопрос с землей, нас спросили, построим ли мы мечеть. Потому что нам выделяли уже участок земли в центре города, но мусульманская община была небольшой и не сумела ничего там построить. Я предложил диаспорам для начала собрать деньги и от афганской диаспоры тоже была внесена сумма. Тогдашний председатель Басир Нургалиев предложил мне быть казначеем. Мы начали строительство мечети в 2008 году, а открыли храм в 2010 году.

Если бы меня спросили, чего вы хотите, я бы ответил, что хотим развиваться. Когда на Улан-Удэнский авиазавод приезжают покупатели из Индонезии, других стран, они радуются, что здесь, в столице Бурятии, есть мечеть. Для них это очень важно. Гораздо важнее, чтобы наши дети были религиозно грамотными, знали свои права и обязанности перед Богом и государством, чтобы они могли пригласить своих друзей и одноклассников, заниматься спортом, сидеть с ними за одним столом.

— У вас, как у ваших соотечественников, было множество причин уехать из России, Бурятии, почему остались?

— У меня двоюродная сестра живет в Канаде, друг, с которым учился, — в Лондоне, другой друг — в Германии. Они работают там наемными работниками. У меня здесь бизнес, семья, мечеть, афганская диаспора.

— Многие представители бизнеса жалуются сегодня на ковид, санкции, экономические трудности, ругают власть, а вы, наоборот.

— Разве Путин виноват в том, что случился ковид? Сейчас, когда идет военная операция, доллар подскочил, где-то упала торговля, бизнес должен понять, что мы не должны об этом жалеть. Если мы каждый будем бояться за свое имущество, то не победим. Если завтра Путин скажет, в казне нет денег, мы должны все отдать государству ради победы над общим врагом, я это сделаю. Сегодня бизнес должен понять, что наступил такой момент, когда появилось что-то выше их личных интересов и личного благополучия. Россия должна укрепить свои рубежи, должна сохранить порядок в своем доме, потому что без этого ничего здесь не будет, не будет и бизнеса.

Посмотрите, что стало со странами, куда пришла Америка, что происходит в Афганистане. За всеми террористическими группировками стоит Америка. Если народ Бурятии думает, что все это где-то далеко, его это не касается, он ошибается. Русский народ не понимает, что у них есть президент, есть власть, есть голова, которая думает о них. Мы должны поставить Америку на свое место. Американцы покупают войну за деньги, им она выгодна. Если бы в Афганистане был такой же человек, как Путин, с Афганистаном никогда бы не случилось того, что случилось. Но в Афганистане нет такого лидера, как Путин, а в России есть.

В моем понимании, он герой, потому что смог противостоять американским магнатам, которые хотели добывать нефть в России, а он не позволил. Владимир Владимирович молодец, он сказал это открыто и начал бороться. Путин – это тот человек, который захотел сохранить Россию, но он не может всем угодить. Надо молиться за Путина, чтобы Господь ему сохранил жизнь.

— Вы молитесь?

— Да, мы молимся за сохранение России, за ее процветание, за все грядущие победы.

— Почему книги в вашей мечети, рассказывающие о молитве, на русском языке?

— Потому что между собой мы, представители нескольких десятков мусульманских диаспор - туркмены, узбеки, киргизы, татары - разговариваем на русском. Мы заинтересованы в сильной России, сильной Бурятии, чтобы здесь был порядок, спокойная жизнь.

— Спасибо!

Кол-во просмотров: 2038

Поделиться новостью:


Поделиться: