Баннер вверху
02 Декабря 2021
Этот день в истории Бурятии
| 17:11 | USD 74,12 | EURO 87,39
USD 74,12 ₽ | EURO 87,39
Улан-Удэ -3°С
Днем: 1°, вечером: -10°
Мэр г. Улан-Удэ, возглавляет администрацию города
Заместитель Председателя Правительства Республики Бурятия
Общество
02.11.2020 21:25

Дорж Батуу: бурят-украинец с американским паспортом

Дорж Батуу: бурят-украинец с американским паспортом
Обычный парень из Улан-Удэ сейчас работает в США в NASA и пишет книги на украинском языке

Обычный парень из Улан-Удэ, выпускник школы №49, не отличник и даже не хорошист, сейчас работает в США в NASA, пишет книги на украинском языке, является журналистом корреспондентского корпуса ООН. Живет в штате Коннектикут, США.

Андрей, можно с тобой поговорить?

– Думаю, что это невозможно. Я не общаюсь с представителями российской прессы.

- Ну  это не центральная пресса. Это газета с твоей малой родины «Новая Бурятия».  Ты давно был  в Бурятии?

– Давно не был. Когда я работал в корреспондентском корпусе ООН, то мы вели расследования. И представители России ясно дали мне понять, что мое появление в России крайне нежелательно и будет иметь для меня последствия. Поэтому  не знаю, когда смогу приехать в Бурятию.

Расскажи о своей работе в NASA?

– Ввиду характера моей работы  я не могу говорить о ней, тем более с представителями российской прессы. Извините, мне трудно говорить на русском языке, я начинаю забывать этот язык, так как дома говорю в основном на украинском или английском. Мне тяжело подбирать слова.

Мне рассказал о тебе наш земляк-дальнобойщик…

– Да, я читал эту статью. Но мы встретились не в Хьюстоне, а в Коннектикуте.

Корни Андрея Васильева

Отец Андрея Васильева – известный в Бурятии и в России виолончелист Вячеслав Васильев, друг Мстислава Ростроповича и Святослава Рихтера, бывший директор музыкального колледжа им. П.И.Чайковского, художественный руководитель Оперного театра, бывший замминистра культуры РБ.

Его дед по материнской линии музыкант и композитор Жигжит Батуев – один из участников I Декады бурят-монгольского искусства литературы в Москве и   основоположников современной бурятской музыкальной культуры, создатель многих произведений для оркестра бурятских народных инструментов.

Однако Андрей с детства почувствовал тягу к телевидению.

– Телевидение – моя давняя болезнь. В девять лет отец впервые взял меня на государственную телестудию. Он записывал сонату с оркестром. Отец солировал, а автором сонаты был мой дедушка, – говорит Андрей.

– Когда увидел эти огромные павильоны, толстые дубовые двери, большие телекамеры, то заболел телевидением, бредил им. В последних классах школы я уже был юнкором, потом пошел в молодежную редакцию, затем в редакцию информации.

После окончания школы Андрей поступил в БГУ  на факультет востоковедения. И уже во время учебы стал работать на ГТРК «Бурятия». Был корреспондентом и ведущим новостей «Вести-Бурятия».   

От ведущего ГТРК «Бурятия» до центра NASA

Почему ты уехал из Бурятии?

– Я хотел самостоятельности, хотел роста. Когда уже был ведущим новостей ГТРК «Бурятия», то понял, что достиг максимума. Меня забрали в Москву, в информационную программу «Вести»  с Киселевым. Я такой уже старый, что начинал еще при Ельцине работать. И когда пришел Путин, изменения в журналистике были настолько поразительны, что я был в шоке. Понял, что журналистика в России закончилась. А потом так получилось, что приехал в Украину. Я не ожидал найти здесь работу по специальности, поскольку только начинал говорить на украинском. Но звезды так сошлись, что меня взяли на телеканал «Интер». Помню свой первый репортаж на украинском языке. Стендап я переписывал 46 раз. Оператор был очень терпелив. Когда   начитывал текст, тоже была куча дублей, тем не менее я победил. Было очень странно смотреть на себя со стороны: я на телевидении и на украинском языке. Меня брали на «Подробности», которые шли на русском, но получилось так, что я больше работал на «Новостях» и «Итогах дня», которые выходили на украинском. Русская редакция даже обижалась. Так я начал работать.

Как попал в США?

– У моей жены была Грин-карта. После восьми лет жизни на Украине  в 2011 году я получил приглашение поработать на «Голос Америки». Два года работал там. Потом устроился в NASA. Как говорил мой дед, в жизни все возможно, если задаться целью и идти к ее исполнению.

Да. А как ты себя внутренне идентифицируешь? У тебя русские и бурятские корни.   Жил  и работал  на Украине. У тебя украинская семья. Живешь  в США. Внутренне где   себя больше ощущаешь?

– Это очень интересное ощущение. Я – монгол, и от этого никуда не денешься. Когда меня называют украинцем, мне очень приятно. Украина мне не чужая, в свое время она дала мне приют,   работу. Здесь жила моя семья,  родилась  вторая дочь. То есть украинцем я себя также идентифицирую. Сейчас   живу в Соединенных Штатах. Я – гражданин США. И   также часть американской нации. То есть  я не причисляю себя к какой-то одной нации, считаю, что все равно отношусь к трем нациям, и это никак одно другому не мешает.

А сколько языков ты знаешь?

– На самом деле   до конца не знаю ни одного. Как ни странно, бурятский я стал учить, когда уехал из Бурятии. Мой друг Жаргал Бадагаров, с которым   учился на восточном факультете (сейчас он уважаемый преподаватель, авторитетный филолог-монголовед), подарил мне электронный учебник бурят-монгольского языка. Он, кстати, мне здорово помог, рекомендую. Затем украинский, я на нем общаюсь в семье и с друзьями в Украине. Английский, потому что  живу в США. Со студенческих времен   еще помню китайский, тибетский, старомонгольский. Языки надо поддерживать. Мне, например, очень трудно говорить на русском, я его не использую:   забываю какие-то слова и, когда говорю на нем, приходится вспоминать. Китайский помню, потому что в университете было шикарное преподавание  –  до сих пор могу читать и общаться на китайском.

А в США ты общаешься с американцами китайского происхождения?

– Конечно! Я, когда приехал в Америку, не очень хорошо знал английский. И для того  чтобы нормально поесть и пообщаться, шел в Чайна-таун в Вашингтоне  и там уже спокойно заказывал, что хотел, и разговаривал. То есть  мой первый язык в США был китайский. Сейчас у меня много знакомых монголов. Я больше общаюсь с монголами, чем с бурятами.

С земляками  не встречаешься вообще?

– Недавно встречался с парнем-дальнобойщиком. Несколько лет назад ездил с монголами в Принстон Нью-Джерси  на церемонию поклонения Чингисхану. Там встречал земляков из Бурятии. И это всё, пожалуй. Повторяю,   очень хотел бы побывать в Бурятии, но не могу.

 Расскажи, как попал в NASA.

– Это очень интересная история. В 2013 году   уволился из «Голоса Америки» и переехал в Баффало. Надо было искать работу. На тот момент я был слегка разочарован в своей профессии и не очень хотел заниматься журналистикой. Кто читал первую часть моей книги, знает о причинах.
Я начал искать работу и попал лаборантом на предприятие, которое производит детали и узлы для авиакосмической отрасли. Мне там стало очень интересно: всякие блестящие детальки, надо их подключать, совать в различные печи, следить за температурным режимом... Это было очень интересно, и когда я оттуда уходил,   уже был final inspector – тестировал готовую продукцию.

Сколько лет работал на этой своей первой технической работе?

– Где-то два с половиной года. Потом моя жена – она художник-дизайнер одежды – получила приглашение на работу в Коннектикут. Мы переехали туда, и я начал искать работу. Но уже пошел в специальное агентство, которое занимается инженерами. Они выбросили из моего резюме абсолютно весь бэкграунд, касающийся моей журналистской работы, оставив только мои достижения с 2013 года. Этим резюме заинтересовались в NASA. Конечно, вначале было очень тяжело. Я даже думал, что не буду этим заниматься, потому что здесь чистая математика. Но мой наставник, профессор Рассел, сказал: «Ок. Меня твое резюме заинтересовало. Если ты не уверен – попробуй. Не пойдет – так не пойдет. Силой тебя здесь никто держать не будет. Я тебе помогу». Он начал объяснять мне таким образом, что уже в первую неделю я подумал: «О, интересно!». Так и остался.    

     Если бы мои учителя по математике Ирина Вадимовна Дудина и Анна Ивановна Свяженина, а также мой преподаватель по физике Валерия Анатольевна Казьмина узнали, что теперь сижу в Командном центре NASA, они бы долго смеялись, потому что по физике   я перебивался с тройки на четверку, а в математике вообще ничего не соображал.

Доволен  работой?

– Я обожаю свою работу.

Каким ты запомнил отца?

– Виолончелист. Блестящий исполнитель. Талантливый руководитель. Заботливый муж. Незаменимый отец. Говорят, что я во многом похож на него. Однако, следует заметить, что мне далеко до того, каким был мой отец. Он никогда не лез   с нравоучениями. Но и никогда не отказывал мне в помощи. Я мог спросить у него совета по любому поводу, и он серьезно относился ко всем моим проблемам. Никогда не осуждал меня. Мог иногда огорченно покачать головой и сказать: «Ну, отец, ты даешь...».

У него всегда были заготовлены оперные цитаты. На всё.  Спрашиваю папу: «А когда мы на Байкал поедем?». А в ответ: «...Быть может, никогда! Иль завтра, может быть… Сегодня ж нет!». Или спрашиваю: «А сколько у нас осталось денег?» (хотел выпросить на что-то вкусное). А отец: «Ах, сколько же у нас осталось денег? – 20 луидоров... – Раздай скорее бедным!..» («Травиата»). А когда хотел похвалить, говорил: «И ему сказал отец: «Ты, Гаврило, молодец!» («Конек-Горбунок»).

А еще у отца были свои байки, которые я выслушивал по 135 раз. Ну, например, как он вместе со своими «корешами» Мстиславом Ростроповичем и Святославом Рихтером (их называли «Три Славика»), хорошо подгуляв в каком-то ресторане, завалились теплой компанией в гости к Ростроповичу, а Галина Вишневская  чуть ли не в концертном платье (нарядилась для гостей)  готовила в полдвенадцатого ночи курицу в микроволновке. А на кухне у них был черный кафель...

А ты запомнил деда Жигжита Батуева?

– Конечно, помню. В детстве ездил с дедом в село Эдэрмэг Кижингинского района. Там  он научил меня резать и разделывать баранов. Готовить национальные бурятские блюда. Пару раз в жизни мне это помогло. Однажды  я приготовил наше национальное блюдо, когда у нас был пикник. И то, что я умею резать и разделывать баранов, произвело на моих коллег неизгладимое впечатление. Всему этому  меня научил дед. И еще он много мне рассказывал про 30-е годы, когда было расстреляно много духовенства: лам, шаманов, православных священников, старообрядцев и католиков, которых у нас было очень много, потому что было много ссыльных поляков. Также запрещали музыку. Мой дед писал свои произведения только на основе народных песен, а также  только нейтральные лирические произведения. И когда он написал «Марш воинов Чингисхана», его никуда не пустили к исполнению. В конце концов, пришлось   переименовать в «Революционный марш». Дед мне много об этом рассказывал такого, о чем никто не знал и не говорил. У нас в Бурятии были репрессированные писатели, репрессированные скульпторы, репрессированные ученые. То есть  у нас было свое расстрелянное возрождение.

Ты пишешь книги?

– Да, два года назад я выпустил книгу на украинском языке. Она полностью состоит из моих постов в фейсбуке. Недавно я закончил книгу «Тайна старого ламы» о приключениях двух хувараков. В ней я рассказываю о бурятских Хамбо ламах. Не так давно закончил книгу «Моцарт.2,0» о приключениях композитора, который попал в наши дни.

Ты знаешь Юрия Еханурова*?

– Да. Он бывает на всех моих презентациях в Украине. Сейчас   преподает в университете, занимается экономикой, читает лекции на открытой платформе. В политику он не идет, не хочет.

Ты следишь за событиями в Бурятии?

– То, что происходит в Бурятии, меня глубоко тревожит. Я был потрясен новостью, как мой учитель Николай Абаев ушел из жизни. Он был одним из десяти лучших буддологов России, у него более 300 научных публикаций. Я вырос на его книгах о восточной философии, единоборствах. И он умер в одиночестве, почти от голода. Он как-то мне сказал: «Я хочу умереть  как настоящий монгол – никогда и ни перед кем не буду унижаться». Думаю, что он не хотел просить, не хотел помощи, он хотел зарабатывать честным трудом. Что ждет страну, которой не нужны такие люди?

Спасибо тебе за интервью.

– Простите, если вначале я был слишком мрачен и неприветлив. Я обычно тактичен  и таким не бываю.

                                                                                     Записал Андрей Мухраев

 

 Юрий Ехануров* – бывший премьер-министр Украины. Отец Ю. Еханурова – бурят, а мама – полька.  C 1955 по 1963 годы Юрий Ехануров учился в восьмилетней школе в селе Буй Бичурского района  Бурятии. В 1963 году уехал на учебу в Киев.

 

Кол-во просмотров: 210

Поделиться в соцсетях:


Поделиться:

Похожие новости
Новости 1 - 6 из 20003
Начало | Пред. | 1 2 3 4 5 | След. | Конец
Опрос недели:
На ваш взгляд, когда закончится эпидемия коронавируса?
Проголосовавших: 99