Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

В начале зимы 1989 года Государственный Бурятский академический театр драмы им. Х. Намсараева жил в ожидании премьеры необычного действа – празднования возрожденного народного праздника Сагаалган. Директор театра Цыдендамба Пурбуев, который проявил определенную смелость, дав разрешение на необычную постановку, скорее всего, не ожидал такого ажиотажа.

Идея, которую ему преподнесли поэт Баир Дугаров, критик Анатолий Политов и режиссер Сергей Бальжанов разрасталась как снежный ком. Актеры театра, имена которых уже стали легендами, такие как Федор Сахиров, Майдари Жапхандаев, Владимир Кондратьев, Цыден Цырендоржиев и многие другие, с энтузиазмом поддержали эту идею. Выходцы из многих районов Бурятии, они вспоминали свое детство, обычаи, благопожелания и вносили в сценарий празднества все новые и новые краски.

В день премьеры Сагаалгана, 7 февраля 1989 года, с балкона театра Бурятской драмы им. Х. Намсараева громко играли бурятские мелодии, звучали бурятские песни, читались стихи народных поэтов Дондока Улзытуева, Ширапа Нимбуева, Николая Дамдинова и других. Звуки динамиков доносились до Центрального рынка. Весь день до начала спектакля у кассы толпились люди. Все спрашивали билеты, которых давно уже не было.

В 18:00 из театра, фасад которого был украшен в буддийском стиле, в сопровождении артистов вышел ведущий праздника Владимир Гунзынов. Под торжественную музыку он прошел с хадаком к собравшимся у костра и приветствовал их на бурятском языке. По тем временам уже это было необычным. Зажжен костер, произнесены благопожелания, спеты песни, и все это уже было удивительно. Все зрители три раза обошли костер и направились к театру. В фойе всех приветствовали хадаками, произносились юроолы, продавались сувениры и позы. В то время позы продавались только в позной в Гостиных рядах и были весьма сомнительного качества. В фойе же продавались буузы, которые вкусно пахли и в них был ароматный сок. В те времена, как подтвердят люди в возрасте, у людей были деньги, но не было товара. Так что все сувениры и угощения буквально сметались с прилавков.

В концерте на сцене театра показывались сцены из спектаклей, пелись народные песни, выступали артисты театра, ансамбли «Магтаал» с легендарной Аллой Балдаевой, «Уряал» Валентины Дамбуевой, будущие звезды эстрады Бурятии.

Были и небольшие накладки…ПЕРВЫЙ ПОБЕДИТЕЛЬ… УБЕЖАЛ

В фойе театра проходили первые в новой истории Бурятии соревнования по разбиванию хребтовой кости «hээр шаалга». Это было необычное зрелище, которое захватило зрителей. Интерес подогревался тем, что стоимость одной попытки, то есть одного удара, составляла довольно крупная сумма денег. Очевидно, это были 5 рублей. В 1989 году на эти деньги можно было купить 23 булки хлеба или пять раз скромно пообедать в столовой. Каждый, кто желал попробовать, бросал купюры в большой пакет. Было объявлено, что тот, кто разобьет кость – получит весь пакет с деньгами. Организаторы поставили условие для участников – бить нужно было голой рукой, без перчаток и перевязывания. Пробовали очень многие, от простых людей и крепких парней до известных спортсменов и даже политиков. Все они били и били, но кость не ломалась. Пакет с деньгами все тяжелел и тяжелел, желающих было много, но затем их поток стал иссякать – стало казаться, что кость не разбить. Хотя это была обычная хребтовая кость с мясокомбината Улан-Удэ.

– Мы специально ездили на мясокомбинат, – рассказывает режиссер-постановщик праздника Сергей Бальжанов, – и нам там пошли навстречу, они не только дали нам кости для соревнования, но и специально обрезали для удобства.

Организаторы выбрали большую кость, но и это не гарантировало того, что ее не разобьют первым ударом. Когда пакет наполнился, сделать свой удар вызвался щупленький с виду молодой человек, который сказал, что приехал на праздник из Агинска. Он обшарил все карманы и с трудом собрал деньги на удар. Ведущий вечера Владимир Гунзынов пошутил, что, может быть, ему оставить деньги при себе? Но парень решил попробовать. В нем была какая-то уверенность в себе, так что ведущий сказал по-бурятски фразу, которую на русский можно перевести как «по наружности человека не суди», и приковал внимание зала к этой попытке.

Сагаалган в Агинске, фото БГСХА

Все затихли, парень подготовился к удару, ударил, и часть кости улетела в ноги толпы, а другая осталась у него в руках. Так был определен первый чемпион по «hээр шаалга». Ему и был вручен пакет с деньгами. Владимир Гунзынов отвлекся на какие-то дела, телевизионщики хотели взять у победителя интервью, но он… исчез. Получил приз и растворился в толпе. Напрасно потом призывали его подойти к организаторам, его имя так и осталось неизвестным. Так закончились первые соревнования по «hээр шаалга».

НАЧАЛЬСТВА НА ПРЕМЬЕРЕ НЕ БЫЛО

Премьера первого Сагаалгана прошла без участия первых лиц республики и города. Девятый ряд, который обычно бронировали для VIP-персон, на этот раз забронирован не был. К директору театра отправлялись гонцы с требованиями предоставить места, однако мест уже не было. Назревал скандал, но все обошлось. Первые лица пришли на следующие представления. Но никто из них никаких речей не говорил. В то время, как это ни странно для сегодняшнего времени, никто из руководства не представлял себе, что нужно говорить в этом случае, кого, с чем и как поздравлять. К тому же первое празднование было все-таки во многом спонтанным, никто еще точно не знал, что будет с праздником дальше…

САГААЛГАН. 1990

В 1989 году после успеха первого праздника, ученые Бурятского института общественных наук СО АН СССР обратились к правительству с законодательной инициативой внести Сагаалган в список государственных праздников Бурятии.

24 января 1990 года власти республики объявили народный праздник официальным. Первый день Сагаалгана стал нерабочим с 1990 года по указу Президиума Верховного Совета Бурятской АССР. И 24 января было проведено первое официальное празднование Сагаалгана.

Вспоминает журналист Герман Намжилов:

– В этот период я работал в театре фотографом, потому стал живым свидетелем тех событий. Могу сказать, что это был действительно всенародный праздник. Посмотреть красочное театрализованное зрелище (именно зрелище), сравнимое с шоу, пришло огромное количество народу. Все дни Сагаалгана в театре был аншлаг, приходили не только улан-удэнцы, приезжали и зрители из районов – бабушки и дедушки, целые семьи.

К сожалению, за давностью лет многое из тех праздничных дней подзабылось, но самые яркие моменты все же запечатлелись в памяти.

Во время празднования воспроизводили сцены из разных спектаклей. Например, сцена из спектакля «Король Олень». Известный уже в то время артист театра Олег Дамдинович Бабуев (ныне заслуженный артист России) сидит в центре сцены. Одет в одежду вождя индейского племени, с трубкой во рту. К нему обращаются люди, родственники, жена с просьбой, но он важно произносит на бурятском: «Хау, би ху хэлэб!» («Хау, я все сказал!»), и публика стонала от смеха…

В 1988 году труппа пополнилась целой группой выпускников Ленинградского государственного института театра, музыки и кино третьего целевого набора от республики. Среди них Баир и Саяна Дышеновы, Эрдэни и Баярма Жалцановы, Саян и Эржэна Жамбаловы, Зоригто Ринчинов и Должид Тангатова, Баир Раднаев, Дондок Дампилов, Солбон Галсанов и другие. Все они пришли в театр в 1990-м и активно включились в репертуар театра и, естественно, участвовали в подготовке праздничного шоу, привнося в него свое видение в духе времени.

Многие скетчи придумали молодые артисты Бурдрамы. О тех днях вспоминает худрук театра Саян Жамбалов.

– У нас у всех от празднования Сагаалгана на самом деле была какая-то эйфория. Я до сих пор ярко помню все события тех дней, конечно, и дни Белого месяца у нас в театре. На улице зажигали костер, проводили обряд. Мы тщательно готовили свои номера, старались, чтобы они были необычными, смешными. Причем все номера актеры придумывали сами, никто особо не ограничивал в этом, все зависело только от нас. Это был своеобразный театральный капустник. Например, мы с Дондоком Дампиловым придумали такой смешной номер: встречаются два старика, они давно не виделись, говорят друг другу пожелания. Но потом кто-то из них что-то не понял, они начинают ругаться, порой с использованием ненормативной лексики. Номер пользовался успехом.

Баир Дышенов, Баир Раднаев и Эрдэни Дышенов придумали номер про самураев. И именно тогда мы с Эржэной начали петь со сцены свои гитарные песни…

Приятно, что зритель принял наши номера. Для них все это было новое, отличное от классических постановок. Получился национальный праздник в национальном театре. И, мне кажется, мы попали в точку.

Молодые артисты впервые читали рэп на бурятском языке, пели песни на бурятском, зазывали всех танцевать ёхор. И всем все это очень нравилось. Празднование Сагаалгана проходило уже не только в бурдраме, но и на площади Советов, в театре оперы и балета. На этот Сагаалган приехали уже гости – буряты из Внутренней Монголии (КНР). И они словно приехали к нам из прошлого – с сохраненным бурятским языком, традициями.

– Все те праздники были пропитаны бурятским духом. Не только молодежь, но и наше старшее поколение актеров театра отрывалось по полной программе, - вспоминает Эрдэни Жалцанов.

– Мы словно вышли из серой комнаты в яркий и красочный мир, – говорит он.

Таким они и запомнились всем – первые Сагаалганы 1989 и 1990 годов.

                                                                  

Цитаты:

Хребтовую кость для соревнования «hээр шаалга» попросили на Улан-Удэнском мясокомбинате.

Молодые артисты впервые читали рэп на бурятском языке

Сагаалган

Похожие новости:

Общество и культура
333
Общество и культура
336
Общество и культура
747
Общество и культура
164
Общество и культура
527
Общество и культура
303