Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

Новый судья на новом рассмотрении. В Советском районном суде Улан-Удэ под председательством судьи Аюны Поповой вновь рассматривается дело Татьяны Стецуры и Надежды Низовкиной. Активистки партии «Демократический союз» и сопредседатели бурятской «Солидарности» обвиняются сотрудниками прокуратуры Бурятии в возбуждении социальной ненависти и вражды к их коллегам – сотрудникам силовых ведомств (МВД, ФСБ, ФСИН) и военнослужащим.

Предыдущее решение суда, вынесенное экс-судьей Ириной Левандовской, по жалобе Стецуры и Низовкиной было отменено кассационной коллегией Верховного суда Бурятии еще 10 марта этого года. Назначенное Левандовской наказание в виде штрафа в 100 тыс. рублей каждой из подсудимых было признано неправомерным, а основные доказательства стороны обвинения – недопустимыми.

Недопустимые доказательства исследуются вновь

Судья Аюна Попова должна изъять из списка доказательств три заключения экспертиз, представленных прежним гособвинителем Екатериной Хорошевой. В первую очередь это экспертное заключение специалистов Забайкальской лаборатории судебной экспертизы психолога Юлии Малининой и лингвиста Галины Судоплатовой. Эксперты проводили лингвистическую экспертизу распространяемых Стецурой и Низовкиной политических листовок собственного сочинения и психологическую экспертизу, объектами которой были сами обвиняемые. Несмотря на боевитость и изобретательность в формулировках, это экспертное заключение признано судьями Верховного суда Бурятии недопустимым доказательством. Причина – грубые процессуальные нарушения при проведении и составлении экспертизы и предположительные оценочные формулировки.

Аналогичная работа их коллег, экспертов-лингвистов Уральской лаборатории судебной экспертизы, оказалась более профессиональной и не содержит грубых процессуальных нарушений. Тем не менее, эта экспертиза также не может служить опорой для доказанного обвинения ввиду своего предположительного характера. Социологическую же экспертизу сотрудники правоохранительных органов, оказывается, вообще заказали «непрофильному» специалисту – не социологу, как следовало бы, а философу. Эта экспертиза тоже признана недопустимой в качестве доказательства.

Таким образом, в процессе нового рассмотрении дела бурятских «экстремисток» предстоит продолжительный перерыв для проведения новых экспертиз. Впрочем, судья Попова может обойтись без заключений подобных «специалистов» и самостоятельно вынести свое решение. Сами же подсудимые тоже вправе отказаться быть объектами исследования эксперта-психолога. Таким образом, психологическая экспертиза может не состояться. Впрочем, Надежда Низовкина заявила, что они, скорее всего, «из принципа» согласятся на проведение тестирования и бесед с психологом с целью показать «чем одна «малинина» (ангажированный эксперт – ред.) отличается от другой».

- В отличие от Левандовской, судья Попова начала новый процесс в другом формате. Порядок исследования доказательств здесь такой – сначала изучаются письменные доказательства, а затем будут допросы свидетелей. У Левандовской порядок был обратный – первыми допрашивались свидетели, а в конце наспех были зачитаны заключения экспертиз, характеристики и так далее. Удивило то, что было зачитано старое обвинительное заключение. Целыми кусками зачитывались характеристики наших личностей, данные психологом Малининой, и внушительные выдержки из работы Судоплатовой по поводу «вербального экстремизма». Эта экспертиза, признанная коллегией Верховного суда Бурятии недопустимой, исследовалась как полноценное доказательство! По-видимому, решение кассационной инстанции воспринято судьей просто как рекомендательное, – сказала «Новой Бурятии» Надежда Низовкина.

Сотрудники миграционной службы – тоже постадавшие

Первое заседание суда состоялось 14 апреля. На сегодняшний день прошло уже семь заседаний, на которых была исследована большая часть письменных доказательств. К ним относятся и большинство имеющихся показаний свидетелей обвинения. Никаких конфликтов между подсудимыми, новым государственным обвинителем Петушковой и судьей Поповой пока не было. Подсудимые дали согласие на предложение судьи не вызывать в суд тех свидетелей, которые за последнее время поменяли место жительства – большинство милиционеров, проводивших задержания Стецуры и Низовкиной во время пикетов, и студентов-юристов, получивших из рук подсудимых «экстремистские» листовки. Показания этих свидетелей были исследованы как письменные доказательства, то есть просто озвучены судьей в ходе судебного заседания.

Подсудимые настояли только на том, чтобы те свидетели обвинения, которые принадлежат к медийному сообществу (журналисты, общественники) были вызваны в суд. «Живьем» за эти семь заседаний суда были допрошены четверо свидетелей обвинения – два сотрудника милиции, один студент и я, журналист Сергей Басаев.

В ходе моего допроса выяснилось, что круг подсудимых по этому делу может быть значительно расширен. Он должен включать всех членов партии Демократический союз, всех дилеров партийного органа – газеты «Свободное слово», на страницах которой печатались инкриминируемые тексты, участников всех пикетов в разных городах России, в ходе которых распространялись листовки с этими же текстами или же с аналогичными словесными оборотами. Кроме того, к «социальным группам», к которым Стецура и Низовкина, якобы, возбуждают социальную ненависть, следует добавить сотрудников Федеральной миграционной службы (главных «пострадавших» от листовки «Бурятия, не будь Андижаном!» о депортации имама улан-удэнской мечети Бахтияра Умарова), работников органов исполнительной власти и руководителей правительства и администрации президента России.

На последнем заседании суда был уточнен порядок исследования доказательств в ходе процесса. Кроме того, подсудимые заявили часть списка свидетелей защиты, в которую входят представители общественных и политических оппозиционных движений. Следующее заседание состоится 6-го мая. Предварительно на нем планируется допросить в качестве свидетеля обвинения председателя Республиканского правозащитного центра, журналиста и ученого Евгения Кислова.