Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

«Новая Бурятия» продолжает цикл публикаций, посвященных перспективе обустройства географического центра Улан-Удэ, создания на этом месте благополучной, безопасной и комфортной среды для проживания и отдыха горожан.

В нашей недавней публикации «Кто расчистит «авгиевы конюшни» в центре Улан-Удэ» («Новая Бурятия», №25 (226), 6 июля 2014 года, http://www.newbur.ru/articles/17651) мы говорили о том, что географический центр Улан-Удэ, который естественным образом должен связывать все части города своей инфраструктурой и единой транспортной сетью, в нашем случае просто не приспособлен для проживания там людей и не дает городу развиваться.

По данным медицинских учреждений, население Улан-Удэ сейчас составляет более 510 тыс. человек. Для всех крупных городов, в том числе 500-тысячников, характерно то, что все они рано или поздно начинают тяготеть с геометризму, к формам, напоминающим некую правильную фигуру. И центр всегда является точкой притяжения, образует и связывает все пространство города.

Что находится в географическом центре Улан-Удэ?

Сегодня в самом центре города вместо сети дорог и коммуникаций, вместо «зеленых легких» города (парков, скверов, бульваров), вместо широких проспектов и площадей, элитных жилых массивов, вместо общественно-делового центра и инфраструктуры отдыха жителей растущего с каждым днем Улан-Удэ (спортивных сооружений, кинотеатров, аквапарков торгово-развлекательных центров) мы видим совершенно другую картину.

Там находятся большие по территории промышленные зоны предприятий первого (Улан-Удэнская ТЭЦ-1) и второго (ЛВРЗ) класса опасности, огромная по территории коммунально-складская зона (склады различных коммерческих предприятий, склады федерального «продовольственного резерва»), а также зоны складирования и захоронения вредных отходов (золоотвал ТЭЦ-1, знаменитое «фенольное озеро» ЛВРЗ, промышленные свалки и заброшенные цеха промпредприятий), многочисленные гаражи, старое городское кладбище.

А депрессивный жилой микрорайон поселка бывшего Кирзавода, расположенный в нескольких десятках или сотнях метров от мест захоронения опасных отходов, на бумаге включен в программу развития отдаленных микрорайонов Улан-Удэ. То есть, находящийся прямо в центре города поселок вместе с «дачным товариществом», примыкающим непосредственно к территории ТЭЦ-1 с ее трубой, ежедневно выбрасывающей в воздух тонны вредных веществ, считается «отдаленным» (от центра) поселком.

Расчистить можно

В статье «Кто расчистит «авгиевы конюшни» в центре Улан-Удэ?» уже назывались те перспективные проекты, в ходе реализации которых можно было бы разгрузить центр города от промышленных и коммунально-складских зон. Например, все склады можно было бы в ближайшем будущем перенести на освобождающуюся территорию артиллерийского арсенала, расположенного на военной базе в поселке Тальцы. В соответствии с озвученными несколько лет планами военного командования воинская часть № 63292 в Тальцах в 2014-2015 годах будет ликвидирована, все устаревшие боеприпасы уничтожены или утилизированы, а территория арсенала рекультивирована и передана гражданским властям. То есть мэрии Улан-Удэ.

Кроме того, с реализацией масштабного проекта строительства за счет индийских долгов России (16 млрд руб.) так и недостроенной с 80-х годов Улан-Удэнской ТЭЦ-2, который сейчас ведут правительство Бурятии (с подачи депутата Госдумы России Михаила Слипенчука) и индийское государственное предприятие BHEL, появляется и другая заманчивая перспектива. Наконец-то, перенести фактически за город сохраняющиеся пока мощности Улан-Удэнской ТЭЦ-1.

Необходимо привлечь средства российского бюджета (по федеральной целевой программе «Ликвидация накопленного экологического ущерба») на устранение главной на сегодняшний день угрозы для здоровья горожан – собранных на территории Улан-Удэнского локомотивовагоноремонтного завода (ЛВРЗ) опасных отходов. Ликвидация «фенольного озера» с последующей рекультивацией его территории, а также рекультивация территорий других мест складирования отходов, заброшенных цехов и промышленных свалок могли бы существенно сократить и промышленную зону ЛВРЗ, самостоятельно не справляющегося с задачей ликвидации собственных отходов.

Кстати, первой ласточкой полезного «освоения» территории ЛВРЗ, возможно, станет проект обустройства на базе одного из заводских цехов самого крупного в городе торгово-развлекательного центра (в три раза большего по площади, чем известный центр CapitalMall), которым сейчас занимается близкий к республиканской власти бизнесмен и спортивный меценат Лев Асалханов.

Впрочем, проблема высвобождения центра города (и не только центра) от промышленных зон и мест сбора промышленных отходов должна решаться, на наш взгляд, не с помощью предпринимательской «махновщины» или стихийного «раздербана» территорий бывших советских «гигантов индустрии». Как это происходит, например, на площадке бывшего тонкосуконного комбината. А с учетом перспектив дальнейшего развития «нашего любимого города» (название созданного мэрией общественного движения. – С.Б.) и хотя бы минимальным соблюдением требований Градостроительного кодекса, основной целью которого, кстати, является обеспечение неотъемлемого права людей на безопасную для жизни и полноценную, комфортную среду.

Где же главное препятствие к созданию такой среды в столице Бурятии? И возможно ли вообще сделать его удобным для жизни людей?

Аэропорт в Оронгой!

Сегодня Улан-Удэ – это целый сгусток градостроительных проблем, заложенных в практическом отсутствии грамотного планирования и, на первый взгляд, кажущихся неразрешимыми. Это и асимметричность расположения в пространстве, когда центр города, связывающий сам город транспортными магистралями и притягивающий к себе точки развития своей инфраструктурой, находится на периферии. Это и стихийное развитие пригородов, превращающих Улан-Удэ в «большую деревню». И большое количество затопляемых территорий, для развития которых необходима подсыпка грунта минимум на 2,5 метра, и многое другое.

Корни всех проблем уходят еще в 20-30-е годы прошлого века, когда здесь сначала было открыто регулярное авиасообщение между Верхнеудинском и Ургой и стали садиться самолеты, совершающие перелеты Москва – Владивосток и Иркутск – Чита, а затем за городом на левобережье Селенги был построен новый аэродром Мухино. Законсервированы же эти проблемы были ровно 48 лет назад в 1966 году, когда было принято решение о строительстве в Мухино искусственной (бетонной) взлетно-посадочной полосы (ИВПП). Позже, в 1971 году по проекту ведомственного института «Дальавиапроект» из Хабаровска на месте прежней грунтовой полосы было закончено строительство новой ИВПП, а сама полоса торжественно сдана в эксплуатацию.

– 48 лет это все простояло, простоит и еще 48 лет! – восклицает в сердцах известный архитектор Павел Зильберман, назначенный как раз в 1966 году главным архитектором Улан-Удэ и проработавший в этой должности до 2000 года. – В Иркутске вон самолеты прямо над пятиэтажными домами взлетают, я не утрирую, чуть-чуть колесами крышу не задевают. И ничего! Никто аэропорт не переносит. А у нас считается, что он вообще за городом стоит!

Сейчас Павел Зильберман – директор ООО «Творческая мастерская «Улан-Удэ архпроект». Исходя из своего опыта общения с принимающими главные для города решения государственными мужами, он не верит в то, что здесь можно что-то изменить. Еще до строительства бетонной взлетно-посадочной полосы в аэропорту Мухино (ныне международный аэропорт Байкал) молодой архитектор Зильберман предлагал вынести улан-удэнский аэропорт подальше от города, вглубь Иволгинской долины. В идеале – к лежащему в 60 километрах от города селу Оронгой. Но тогда архитектора власти просто не поняли, и в результате мы сейчас имеем то, что имеем.

«Серая полоса»

Дело в том, что после строительства в лежащем к западу от центра Улан-Удэ аэропорту Мухино взлетно-посадочной полосы, проложенной вдоль хребта Хамар-Дабан в направлении с северо-востока на юго-запад по одной линии с другим улан-удэнским аэропортом Восточный (военный аэропорт находится на восточной окраине города), столица Бурятии оказалась ровно разрезанной ровно надвое «полосой подхода авиации».

Таким образом, из соображений безопасности (ведь самолеты иногда падают) и ради соблюдения санитарных норм (наличие шумовых зон) в этой достаточно широкой зоне подлета и взлета самолетов, которая пересекает весь город по центру с востока на запад, в принципе, невозможно никакое строительство домов, жилых микрорайонов. И, собственно, вообще недопустимо никакое развитие городской инфраструктуры, кроме расположения там промышленных предприятий, складских зон и т.п.

Что мы сейчас и видим. Начиная с места окончания взлетной полосы военного аэродрома Восточный, на запад через весь город идет сплошная «серая полоса» промышленных и складских зон. Там находятся заводы Улан-Удэстальмост, ЛВРЗ, перерабатывающие предприятия, бесконечные склады, лежащие в шумовых зонах «незаконные» поселки «самовольщиков» Площадка, Матросова, промышленная зона бывшего Кирзавода, места захоронения отходов, пресловутое «фенольное озеро», кладбище.

Но самое интересное, что весь небольшой по площади исторический центр города, включая площадь Советов с комплексом административных зданий мэрии столицы Бурятии и правительства Бурятии, тоже расположен прямо в зоне подлета самолетов аэропорта Байкал.

Все большие и малые грузовые и пассажирские самолеты садятся в Улан-Удэ над кабинетами главы Бурятии Вячеслава Наговицына, мэра Улан-Удэ Александра Голкова и наполненными молодыми людьми аудиториями Бурятского университета. Которые, к слову, не должны находиться там, где сейчас находятся.

– У нас в Улан-Удэ сходятся в одну линию взлетно-посадочные полосы обоих наших аэродромов. Это совершенно дико! Большие самолеты заходят на посадку за Сосновым бором и летят через весь город. Иногда, в зависимости от направления ветра, в другую сторону. И в такой ситуации никакое нормальное развитие города невозможно, – говорит генеральный директор ООО «ТМ Улан-Удэ архпроект» Павел Зильберман.

Таким образом, даже если попытаться вынести из географического центра Улан-Удэ большую часть промышленных и коммунально-складских зон, рекультивировать все места захоронения опасных отходов, территории промышленных свалок, пустующих цехов и кладбищ, все равно строить на этом месте жилые массивы будет нельзя.

И что же, мечта о нормальном благоустроенном центре города, свободном от огромной по территории городской клоаки, так и останется мечтой?

Москва нам поможет?

В августе 2014 года в Улан-Удэ приезжал руководитель Федерального агентства воздушного транспорта (Росавиации) Александр Нерадько, который на совещании в международном аэропорту Байкал (бывший Мухино) с участием главы Бурятии Вячеслава Наговицына обсуждал вопрос выделения почти 5 миллиардов рублей из бюджета России на «реконструкцию искусственной взлетно-посадочной полосы аэропорта Улан-Удэ».

Сразу же после этого события администрация Вячеслава Наговицына и дирекция международного аэропорта Байкал, входящего в группу компаний «Метрополь» депутата Госдумы Михаила Слипенчука, стали распространять следующую «оптимистическую» информацию. О том, что реконструкция ИВВП аэропорта Байкал вошла в федеральную целевую программу ««Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2018 года». Известна и сумма финансирования из федерального бюджета – 4,7 млрд рублей. Согласно совместным планам республиканских властей и владеющей аэропортом московской компании «Метрополь», новая ВПП должна быть построена параллельно уже имеющейся и реконструированной несколько лет назад старой полосе. Кроме того, будет уложен еще один слой бетона на уже имеющуюся ВПП, которая будет удлинена до 3,6 км (сейчас 3 км). По словам Михаила Слипенчука, это «снимет ограничения для приема тяжелых самолетов типа «Боинг-747».

Архитекторы вспоминают «проект Зильбермана»

Получается, что если новую полосу построят параллельно старой полосе, это еще примерно на 50 лет законсервирует и значительно усугубит то положение в столице Бурятии с проходящей через весь город полосой «подхода авиации», которую мы описали выше. Теперь через центр Улан-Удэ будут заходить на посадку тяжелые «Боинги», а шумовая зона в районе аэропорта значительно увеличится. Что, в свою очередь, еще более осложнит проблему узаконения новых стихийно возникших поселков «самовольщиков» на Левобережье и обострит на много лет вперед и без того серьезные социальные конфликты между «новыми горожанами» и мэрией.

По мнению коллег Павла Зильбермана, ведущих архитекторов творческой мастерской «Улан-Удэ архпроект» Александра Яковлева и Алексея Мохосоева, по-настоящему спасти положение может только вынос аэропорта Байкал подальше от центра города.

– Предложение вынести взлетную полосу главного аэропорта из города в Оронгой в 60-е годы не нашло понимания в Бурятском обкоме партии. Тогда все «шишки» кривились, мол, далеко, как оттуда добираться! Они говорили, что у нас два аэропорта сидят в одном воздушном коридоре и друг друга дополняют, – рассказывает главный архитектор проектов «Улан-Удэ архпроект» Александр Яковлев. – Но ведь если убрать аэропорт Байкал (Мухино), то другой аэропорт – Восточный – не будет создавать той проблемы, которая есть сейчас. Интенсивность полетов на Восточном гораздо ниже, зона подлета этого аэропорта с востока почти не задевает город. Взлетающие самолеты сейчас отворачивают на юг в районе Нового моста (через Уду. – С.Б.), а шумовая зона ограничивается поселком Матросова и до центра Улан-Удэ не доходит. Поэтому вынос аэропорта Байкал избавит центр Улан-Удэ от риска для жизни горожан и позволит строить там социальную инфраструктуру и жилье!

– Эта омертвелая полоса, проходящая через центр города (зона подлета самолетов. – С.Б.), превращает его в неприспособленное для жизни место, лишает Улан-Удэ всякой перспективы нормального развития, – считает архитектор Алексей Мохосоев. – На выделенные федеральным бюджетом большие деньги, а это 5 млрд рублей, вполне можно построить не только одну взлетно-посадочную полосу рядом со старой, а вообще новый аэропорт где-нибудь в районе Иволги или Оронгоя! В этой протяженной долине места хватит и для нового аэропорта, и для взлетно-посадочных полос любой длины. На мой взгляд, только вынос западного аэропорта сможет сделать его более компактным и удобным для жизни.

«Новая Бурятия» разделяет мнение ведущих архитекторов Бурятии и предлагает горожанам свою площадку для широкого общественного обсуждения проекта «реконструкции искусственной взлетно-посадочной полосы» улан-удэнского аэропорта с участием представителей компании «Метрополь», властей республики и города.