Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

В конце января депутаты Заксобрания Амурской области приняли сенсационное решение сократить количество себе подобных сразу на четверть. Поскольку у дальневосточных соседей очередные выборы в парламент состоятся уже этой осенью, через полгода жители Амурской области получат не 36 депутатов, как сейчас, а 27.

Объясняя современный тренд на сокращения, глава парламента Амурской области Вячеслав Логинов привел в пример куда более густонаселенных соседей. Он объяснил, что для Амурской области с ее 800-тысячным населением 27 депутатов будет в самый раз, поскольку в Хабаровске при населении в 1,3 млн в парламенте работают 36 депутатов, в Приморье с населением в 1,6 млн – 40 депутатов.

Про Бурятию с ее 66 депутатами Вячеслав Логинов в этот раз скромно умолчал. Между тем и наши парламентарии внесли свою лепту в общероссийский тренд. Хотя дальше разговоров дело пока не пошло, а сам законопроект снят с повестки февральской сессии и отправлен на доработку, поразмышлять есть над чем.

КТО САМЫЙ СМЕЛЫЙ

В начале года девять смельчаков-депутатов Народного Хурала во главе с «единороссом» и юристом Батором Цыбиковым выдвинули инициативу оптимизировать коллег, работающих на освобожденной основе. Интересно, что в этот раз стрелы депутатского гнева устремились в сторону руководителя аппарата Народного Хурала, а также двух его заместителей. В кои веки запросив данные об их зарплатах и поразившись увиденному, народные избранники предложили со следующего созыва оптимизировать штатную численность высокооплачиваемых коллег.

– Считаем целесообразным объединить должность одного зампреда Народного Хурала с должностью председателя бюджетного комитета, а должность второго зампреда – с должностью руководителя аппарата. Это сэкономит бюджету за созыв почти 30 млн рублей, – доказывала на своей страничке в соцсетях Оксана Бухольцева, одна из самых ярких депутатов инициативной группы, она же член комитета по межрегиональным связям, национальным вопросам, молодежной политике, общественным и религиозным объединениям.

По-своему пытался объяснить смысл новшества другой участник инициативной группы Петр Носков, позабыв, что еще совсем недавно сам руководил администрацией главы республики, находился совсем по другую сторону баррикад и наверняка имел совсем иное мнение на этот счет. Интересно, что четыре года назад депутат тогда пятого созыва Оксана Бухольцева также открыто высказывала прямо противоположные вещи.

В 2017 году был инициирован закон о введении в комитете по межрегиональным связям дополнительной должности заместителя председателя, которой там не было. Когда Оксану Бухольцеву на каком-то мероприятии спросили, почему она проголосовала за, ведь речь идет, прежде всего, о немалых расходах из дотационного республиканского бюджета, депутат ответила следующее: во-первых, затраты на все комитеты должны быть одинаковыми; во-вторых, должность вводится не сейчас, а со следующего созыва; в-третьих, любые затраты должны быть соразмерны проводимой работе.

КТО КАК «ТОПАЛ» В ХУРАЛЕ

Следуя депутатской логике и народной мудрости «Как потопаешь, так и полопаешь», уместно посмотреть, кто и как «топал» в Народном Хурале в прошлом году. Проще говоря, кто и сколько сумел разработать законов, защитить их перед коллегами и прочими инстанциями, а в итоге принять для блага живущих здесь людей. Вряд ли смысл депутатской работы можно измерять только числом принятых законов, лучше бы их качеством, однако пока этот показатель является для парламентариев не просто основным, а еще и таким, за который они обязаны отчитываться.

Обнародованные, к примеру, совсем недавно отчеты об исполнении Примерной программы законопроектной работы Народного Хурала по итогам 2020 года показали, что гордиться особо нечем. За последние три года число принятых парламентом Бурятии законов планомерно снижалось. Если в 2018 году это было 149 законов, в 2019 году – 138, то в прошлом – уже 128. Причем не секрет, что подавляющее большинство принимаемых законов связаны с изменением федерального законодательства, а значит от воли и инициатив наших парламентариев, включая самых активных его представителей, никак не зависели.

Если бюджетный комитет, комитет по госустройству, социальной политике или комитет по экономике рассматривали и принимали все эти годы примерно одинаковое количество этих самых законов, то как раз комитет по межрегиональным связям, где и работает уже столько времени Оксана Бухольцева, показал устойчивую отрицательную динамику.

Напомним, в том самом 2018 году (пятый созыв) в комитете на освобожденной основе работал только председатель, он же Цыденжап Батуев, проявивший недюжинную активность и желание менять жизнь в республике из кресла даже такого «неключевого» комитета, как по межрегиональным связям. Не случайно в том же году комитет принял 18 новых законов, а в следующем, 2019-м, когда Цыденжап Батуев покинул парламентские ряды, законодательная активность комитетчиков упала сразу в два раза.

Упала, напомним, несмотря на то, что вовсю шел шестой созыв и, с легкой руки в том числе и Оксаны Бухольцевой, к своим обязанностям приступил новоявленный зампредседателя с годовой зарплатой примерно в 1,5 млн рублей. Парадокс, но эффективности законотворчества комитету по межрегиональным связям эти новые бюджетные расходы почему-то не прибавили, а даже наоборот. В 2019 году комитет принял только девять законов, а в 2020 году – вообще пять.

ПРАВИТЕЛЬСТВО – ХУРАЛ: КТО ЭФФЕКТИВНЕЕ

Если верить той же Примерной программе законопроектной работы Народного Хурала, вместо 27 собственных законопроектов, включенных в план 2020 года, в республиканском парламенте было принято 18, а девять отклонено. Среди законопроектов, планируемых депутатами на перспективу, принята только половина.

Отчеты свидетельствуют, что из всех принятых в прошлом году законов депутаты были инициаторами в менее половины случаев (43%). Остальные законы появились в нашей жизни благодаря главе Бурятии, правительству, прокуратуре республики, представительным органам местного самоуправления, но никак не депутатам Народного Хурала, для которых принимать законы вообще-то их работа.

Стоит ли удивляться, что из 74 законопроектов, внесенных депутатами в прошлом году в Народный Хурал, в итоге принято было только 55. Отозвано 11, до сих пор находятся на рассмотрении 7, отклонен 1. Процент же принятых законопроектов, внесенных в прошлом году главой и правительством Бурятии, а внесено их было, кстати, тоже 74, оказался куда выше. Как гласит статистика, было принято 67 законов, отозвано четыре, на стадии рассмотрения находятся три.

Следуя тезису депутата Оксаны Бухольцевой насчет топанья и лопанья, а на языке публичной власти – соразмерности затрат проводимой работе, наверное, пришла пора свести эти категории воедино. И почему бы в этой непростой работе не начать с комитета по межрегиональным связям? Урезать финансовое обеспечение работающих там депутатов в соответствии с тем, сколько законов они инициировали – разработали – приняли в прошлом году.

Кстати, на состоявшемся заседании по поводу инициативы девятерых смельчаков в самом комитете по межнациональным связям инициатива не прошла. Как сообщили участники, четверо депутатов (О.В. Бухольцева, Л.А. Красовский, Н.В. Намсараев, В.Ж. Цыремпилов) проголосовали за оптимизацию, еще четверо (В.Н. Ведерников, М.Д. Гергенов, С.Д. Дорош, А.Д. Цыбиков) – против. При равенстве «за» и «против» голос нынешнего председателя Аркадия Цыбикова посчитали за два. Комитет законопроект не поддержал.

Текст: Татьяна Никитина ("Новая Бурятия")

Похожие новости:

Общество и культура
39
Власть
210
Власть
464
Власть
1499
Власть
291
Экономика и бизнес
324