Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

На прошлой неделе в Улан-Удэ прошел Второй международный музыкальный фестиваль «Голос кочевников. Байкал-Бурятия».

Несмотря на отсутствие бешеного зрительского ажиотажа, событие это оказалось настолько необычным для нашего города, что заслуживает подробного рассказа и наводит на размышления: глубокие, долгие и, по большей части, позитивные. Этот фестиваль своим появлением дал нам возможность разобраться в том, что мы имеем в нашем культурном (а порой и бескультурном) настоящем и к чему должны стремиться в будущем.

Информационная работа по освещению плана подготовки и проведения фестиваля началась давно. К названию «Голос кочевников» прибавилась географическая привязка «Байкал-Бурятия». Мы успели узнать об изменениях, связанных с идейной составляющей и форматом мероприятия. Теперь в основу концепции легла идея этнофутуризма – особого отношения к этническому многообразию культуры, обращенного не в прошлое, а в будущее. Этнофутуризм – это слияние этнического материала с современным мировосприятием. Национальная культура, с точки зрения этнофутуризма, рассматривается как динамичная и меняющаяся во времени, и «кочевники» – это символ динамики, движения и свободы. В этой концепции принцип отбора участников фестиваля прост – это профессиональные музыканты высокого уровня, которые на основе народной музыки создают современное музыкальное искусство.

Заявленный принцип отбора сработал пусть и не на 100 процентов, но количество и качество приглашенных артистов увеличилось в разы. В прошлом году единственной настоящей звездой была Урна Чахар-Тугчи из Внутренней Монголии. При всем уважении к остальным участникам никто из них – ни тувинцы «Аржаан», ни наши «Урагшаа» и Бадма-Ханда Аюшеева, ни даже Баттувшин – до такого уровня не доросли. Учитывая же то, что неизвестными улан-удэнскому слушателю были только монгольский фолк-бенд «Домог» да иркутские Drowned Songs, согласно нерушимому правилу, год назад первый блин вышел комом.

В этом году приглашенных артистов стало гораздо больше и практически все они являются известными и оригинальными в своих жанрах исполнителями. И это показывает большую оргработу, неравнодушие к своему делу и стремление к развитию. Самым же интересным оказалось живое выступление.

Норвежская группа Adjagas, пожалуй, являет собой наиболее яркий пример для подражания в деле продвижения и развития традиционной культуры небольших народов. Эта группа творит на основе песенных традиций своих северных предков – саамов, называемой «йойк» (норв. Joik). Особенности этой традиции – особый ритм, повторения на протяжении всей песни одних и тех же красиво звучащих, но часто лишённых прямого смысла слов. «Йойк» – это неотъемлемая часть обрядовой жизни саамов, почти шаманские песнопения. Песня может посвящаться духам места, культовым зверям или конкретному человеку – для примера, солисты группы Лора Сомби и Сара Мариэль исполнили йойки своих родственников, собаки и даже комара.

Фоторепортаж

Но главное в их выступлении – не сама фольклорная традиция, а то, как она преподносится. Задача любого народа сейчас не в том, чтобы обособиться от мира, а в том, чтобы, сохранив себя, суметь встроиться в новую систему. Саамы и Adjagas смогли, и очень символично то, как они выступают – вокалисты в национальных костюмах на переднем плане, неброско одетые музыканты в современной одежде – сзади. Это своеобразная, но очень четкая грань между прошлым и настоящим, но они вместе, в одной группе создают неземную, странную и привлекательную музыку, сохраняя и распространяя по миру знание о своем народе.

Внутренняя Монголия на этот раз была представлена абсолютно отличной от Урны группой. Фолк-рокеры Nomadic играют достаточно простую, тяжелую музыку и главным в их выступлении стала бешеная энергетика, от которой зал завелся, как спортивный BMW. Эти ребята как будто бросают вызов всему оседлому, в музыкальном бою доказывая свое право оставаться теми, кто они есть, – кочевниками и степняками. И пусть они кажутся более примитивными и даже попсовыми, чем все остальные участники фестиваля, такая музыка честна и привлекает множество поклонников.

Этноджаз монгольского коллектива «Буртэ» (Boerte) – это музыка уже совершенно иного рода, гораздо более высокого исполнительского мастерства, композиторского таланта и очень тонкого понимания музыкальной науки. Своими композициями они доказывают, что для музыки неважно, на чем ее играют, и народные монгольские инструменты выдавали такие джазовые пассажи, что нашему известному саксофонисту Игорю Бутману впору задуматься о смене музыкальной специализации.

Не менее интересными оказались участники, связанные с Украиной: американский композитор, певец и бандурист Джулиан Китасти – через предков и инструмент, а этно-хаос бэнд «ДахаБраха» – напрямую через музыку и национальную принадлежность. Но при единой базе их творческие подходы диаметрально противоположны. Возвышенно-интеллигентный седовласый Джулиан с национальными украинскими инструментами – бандурами – и окладистой бородой, сам похожий на былинного сказителя, исполнил традиционные песни украинских бандуристов. А «ДахаБраха» – группа-эксперимент, не боящаяся смешения жанров и стилевого разнообразия, доходящая в своих творческих поисках до провокаций. Три девушки в ослепительно-белых свадебных платьях с гуцульскими папахами-кушмами на головах выдавали феерические вокальные пассажи народных украинских песен, отбивая бешеные ритмы на всевозможных бонгах и барабанах, подыгрывая на виолончели, рояле и игрушечных гармошках. А единственный мужчина в коллективе – Марко Галаневич – ослеплял бритой головой и завораживал трактовками народного фольклора в стиле три-хоп.

К сожалению, приходится констатировать, насколько бледными и творчески беспомощными, практически лишними элементами на фоне иностранных гостей выглядели местные артисты. Особенно это касается тех, кто пытался осовременить традицию. Это проявлялось во всем: в качестве аранжировок и исполнения, в разнице отстройки звука при одной и той же аппаратуре. Практика «чёсов» и стабильно дающее результат «пипл все схавает» на этот раз сыграли злую шутку с нашими деятелями искусства. В отличие от них, все приглашенные артисты поразили не просто искренним и глубоким уважением к собственным корням и традициям, но и естественной органичностью. При этом их творческие эксперименты поддерживаются высочайшим профессионализмом. Большинство же наших музыкантов давно променяли искренность творчества на погоню за модой или копейкой. А профессиональное отношение подменили заученным автоматизмом.

И пусть не обижаются на меня за эти слова наши бойцы микрофона и морин-хура. В этом нелицеприятном сравнении с другими виднеется еще одна цель – ориентируясь на приглашенных гостей, фестиваль должен стать базой для повышения профессионального уровня местных музыкантов и затем популяризации культуры Бурятии. А от критики еще никто не умирал, в том числе, главная звезда фестиваля Дэвид Браун, создатель и фронтмен известной группы Brazzaville.

Дэвид Браун, безусловно, самый известный артист и подходит на роль кочевника как никто другой из присутствовавших в зале – по крайней мере, по количеству посещенных им мест он идет где-то рядом с Чингисханом, или, как минимум, с Федором Конюховым. И, думаю, именно на него пришла большая часть зрителей финального дня «Голоса кочевников». Но, честно говоря, после взрывающего сознание перфоманса «ДахаБраха» его мелодичные песни казались контрастно безэмоциональными. Нет, профессионализм Дэвида не подлежит сомнению, а тому, как мастерски он работал с залом, можно только позавидовать. Но слишком велика была разница между фонтанирующими энергией украинскими дивчинами и мягким, приятным вокалом романтической звезды.

Однако в общем и целом необходимо признать, что фестиваль удался так, как ни одно другое событие до него. И любители хорошей музыки почти заполнили зал, хотя и без всякого билетного ажиотажа. Да и выраженные организаторами надежды на приезд зрителей из близлежащих регионов не оправдались. В этом и видятся следующие шаги фестиваля – увеличение диапазона «Голоса кочевников» должно стать первоочередной задачей. Сам по себе фестиваль может привлечь внимание достаточно узкой прослойки ценителей музыки, а широкую массу необходимо завоевывать, заманивать, привлекать – она достаточно инертна и вряд ли пойдет на концерт без дополнительного интереса.

Есть претензии к режиссуре концерта – зрительской аудиторией необходимо управлять, правильно расставляя артистов по стилям и жанрам; необходимо избавляться от старой привычки расписывания номеров по случайному выбору. И тогда не будет непонимания со стороны зрителя – почему блюз, романс и фольклор смешиваются с фолк-роком, этно-фолком и экспериментальным перфомансом-джемом.

Конечно, можно увидеть в этом некий эксперимент, почти провокацию, когда неподготовленный человек поставлен в условия ломки стереотипов, и рамки его сознания и восприятия расширяются вне зависимости от его желания. В условиях ограниченного культурного пространства и не самого глубокого развития такой путь может иметь право на жизнь. Но желательно делать этот процесс управляемым, а не случайным.

Многое должно перейти на качественно новый уровень: рекламно-информационная поддержка, организация фестиваля, причем даже не столько концертов, а сопутствующих событий – мастер-классов, пространства для неформального общения музыкантов, зрителей и журналистов, открытых общественных площадок. И только тогда «Голос кочевников» станет тем, о чем заявляют организаторы – пространством диалога культур, призванным открыть новое измерение на перекрестке города и национальных традиций, а не показательным костюмированным фольклорным представлением.

«Голос кочевников» не может быть просто культурным событием местного розлива, он должен работать на развитие территории. Такой фестиваль является мультифункциональным и мультизадачным проектом, выходящим далеко за рамки ежегодного концерта. Это тем более важно, что прошедшим фестивалем организаторы сами себе поставили новую планку, опускаться ниже которой нельзя.

Так или иначе я готов присоединиться к словам директора фестиваля Натальи Улановой – музыкального события такого рода в Улан-Удэ еще не было никогда. Поэтому «Голос кочевников» должен звучать год от года крепче и сильнее, соединяясь с нашими голосами.