Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

Возникшие в начале позапрошлого столетия бурятские начальные училища отличались от других школ тем, что большинство учащихся в них были буряты. А наряду с преподаванием основных предметов изучались монгольские письмо и чтение.

По замечаниям историка Ф. Кудрявцева, в архивных материалах Верхнеудинского уездного училища за первую половину XIX в. встречаются документы на бурят-монгольском языке с прилагаемым русским переводом. Во многих случаях это были приговоры (постановления) бурятских сходов той или другой местности со значительным количеством подписей на родном языке.

Начало учительства

С развитием бурятских школ возникла и потребность в учителях-бурятах. Характерно, что среди первых учителей бурятских школ в Забайкалье встречалось много так называемых ясачных, т.е. представителей этнической группы, образовавшейся благодаря смешению бурят с русскими. Но вместе с этим росло количество учителей- бурят. Среди них встречались окончившие уездное училище, начальные школы, а также самоучки. Бывали случаи, когда бурятские общины сами выдвигали кандидатов в уездное училище и даже в качестве учителя. О некоторых учителях из бурят смотрители училищ давали короткие отзывы: «Банзар Норбоев, – написано в письме одного из смотрителей Верхнеудинского округа, в котором принимает участие высшее начальство, – по происхождению простой инородец Хоринского ведомства и обучается только в первом классе уездного училища, но по усердию своему и способностям один из лучших бурятских учителей».

Иногда буряты выступали в роли так называемых блюстителей бурятских училищ. Об одном из них сибирский краевед и писатель Д. Давыдов, бывший смотрителем училищ Верхнеудинского округа, писал: «Из всех почетных родовичей и вообще должностных лиц баргузинских бурят заботился об учреждении училищ почти один человек, тот, старанием которого самое училище получило свое существование… Это бурят, чиновник 14 класса Сахар Хампаев, известный своей благонамеренностью, отлично уважаемый всеми вообще, а бурятами в особенности … прекрасно знающий русский и монгольский языки и посещавший в Санкт-Петребурге все почти замечательные в ученом отношении учреждения. С отеческою заботливостью Хампаев блюдет об училище, разводит для детей картофель … поощряет прилежных и кроткими мерами направляет ленивых. Училище держится его деятельностью».

В июле 1860 года учителям было предложено заняться «описанием быта местных жителей». Имелось в виду, писал смотритель, что с наступлением приближающихся каникул «вы будете совершенно свободны от классных занятий… Покорнейше прошу Вас описать жителей, т.е. их обычаи, религиозное и нравственное их развитие, стремление их к образованию, их язык, замечательные поговорки и особенные слова».

К сожалению, в архивах этих материалов не сохранилось.

Из учителей Верхнеудинского округа один отказался от представления «подробного описания местных жителей Кабанского селения», мотивируя этот отказ тем, что «требуется много времени, чтобы примениться к обычаю и нравам людей, тем более», что он «вступил в сельский быт прямо с воспитания». Наиболее отзывчивыми оказались учителя-буряты. Из них учитель и одновременно шеретуй Цолгинского дацана Номтуев представил описание быта местных бурят; Базар Норбоев – хоринских; учителя Баргузинского и Кударинского Александр Сахаров и Роман Цыримпилов дали описание быта местного населения.

К середине XIX столетия в Верхнеудинском округе было три бурятских училища: Онинское, Баргузинское и Кударинское. Интересно, что русских сельских училищ в округе не было. Лишь в Верхнеудинске было приходское училище, так же в Баргузине, Цолге и Кабанске.

Например, Онинское училище помещалось в деревянном доме, пожертвованном под училище хоринскими главным тайшою Жихонитовым, и содержалось за счет общества хоринских бурят. Для этой цели было ассигновано: на жалование учителю 265 рублей, на содержание дома 356 рублей, на канцелярские расходы 11 рублей, на книги и разные потребности 31 рубль, всего 342 рубля. Кроме того, на содержание 15-ти воспитанников отпускалось 900 рублей.

В семидесятых годах XIX столетия возник проект присоединения находящегося в Тугнуйской степи Цулгинского (Цолгинского) бурятского училища к Онинскому. От такого перемещения была обоюдная выгода: «… в училище поступали бы дети обоих обществ, инородческие мальчики лучше бы осваивались с русским языком, а русские, изучая в училище русскую и монгольскую грамоту, могли бы в то же время изучить и разговорный бурятский язык».

Образование – в массы

Первые женские учебные заведения в Восточной Сибири возникают в сибирских городах в конце 30-х, 40-х годов XIX столетия, обслуживая преимущественно детей купечества и чиновничества. Возникают женские учебные заведения в Троицкосавске, Верхнеудинске: училища I разряда – «женские гимназии», II разряда – «прогимназии». Женские же училища III разряда соответствовали мужским приходским училищам.

Позднее, к началу XX столетия, одной из прогрессивных демократических групп среди бурят-монгольской интеллигенции, несомненно, было учительство и деятели по народному образованию, стремившиеся к сплочению народа через организацию профессионального союза. Последовали первые учительские съезды.

Для подготовки учителей решено возбудить вопрос об открытии бурятской учительской семинарии «для юношей обоего пола» с широкой программой, отвечающей требованиям современной жизни.

Относительно преподавания религии в школе, прежде всего, был установлен принцип свободы совести и решено допускать преподавание христианства или буддизма тем учащимся, родители которых потребуют этого. Шаманство не нашли возможным допустить в школу.

На съездах высказывалась необходимость всеобщего и бесплатного обучения детей школьного возраста; за предоставление бедным возможности учиться, за правильную постановку медицинского дела, за борьбу с пьянством …

Против бурятского союза велась агитация со стороны противников национальной бурятской автономии, которая, однако, успеха не имела.

С начала 1919 года существует «Всероссийский союз работников просвещения и социалистической культуры», объединяющий всех работников просвещения, участвующих в деле народного образования, т.е. уже на производственном принципе. Не все шло гладко, например, учителя средней школы не хотели объединяться с учителями начальной школы, даже звучала фраза: «Мы доктора, а вы фельдшера».

Общие условия работы учительства были достаточно тяжелыми: «во-первых, отсутствие моральной и материальной поддержки со стороны населения в силу недостатка ресурсов у самого населения. Во-вторых, отсутствие учебников; в-третьих, отсутствие пособий для учащих; в- четвертых, оторванность учителя от культурного центра и друг от друга; в-пятых, малоподготовленность и малоорганизованность самого учительского персонала».

Необходимо отметить, что стремление к организованности коренной бурятской молодежи аймака в начале XX века выразилось в организации культурно-просветительного и краеведческого общества «Бурият Зони Ток» («Знамя бурятского народа»), инициаторами и организаторами которого были, разумеется, учителя- националы, как, например, Б.П. Махатов, И.В. Ченкиров и др.

Это общество ставило себе следующие задачи:

Изучение «забытой в тисках самодержавия» национальной культуры, родного монголо-бурятского языка и содействие росту и развитию таковых.Развитие национального самосознания в народной массе и ознакомление ее с общественно-политическим бытом разных народов.Содействие развитию, удовлетворению общеобразовательных потребностей и подъему нравственного, культурного и экономического состояния бурятского народаПредоставление народу возможности разумно и здраво проводить время и стремление к уменьшению пьянства и хулиганства.

На съездах учителей после обсуждения внутреннего распорядка школы постановили, что преподавание в бурят-монгольских школах должно вестись на родном языке, а русский язык будет преподаваться как обязательный предмет с практической целью, но «ничуть не обрусительной». Школа должна быть светской, учащие и учащиеся должны пользоваться свободой совести, освобождающей их при желании от обязательного исполнения религиозных требований; вообще религиозное воспитание предоставлялось родителям учащихся и духовенству.

В столовой 65-й женской средней школы