Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

Окончание. Начало здесь.

Итак, в фильме Андрея Прошкина и Юрия Арабова «Орда» святитель Алексий просит у своих мучителей избавления - смерти.

«Киномиф» Андрея Прошкина

При этом он зачем-то исправно работает истопником в киношном аду – в гигантских печах при банях в ханском дворце. Не выпросив у ордынца смерти, митрополит пытается совершить величайший грех для христианина – покончить жизнь самоубийством, совершив акт самосожжения в одной из печей.

Но ему этого не дают сделать. Его вытаскивают из печи, тушат на нем горящие одежду, волосы, бороду и бросают под случившийся весьма кстати дождь с громом и молнией. Далее следует классическая сцена катарсиса – гремит гром, дождь хлещет героя по лицу, он, громко голося, ропщет на Бога. Похожая сцена, кстати, есть в бессмертном романе «Тихий Дон» Михаила Шолохова (или Федора Крюкова?). В общем, смертный ужас, почище злых демонов-ордынцев.

В итоге «чудо» все-таки случается, и ханша Тайдулла неожиданно прозревает! Митрополита Алексия, похожего на нищего бродягу, те же ордынцы теперь купают в сказочной турецкой бане в бассейне с живыми карасями, приносят ему на обед блюдо с виноградом и рыбой из этого же бассейна, переодевают и доставляют прямиком «пред ясны очи» хана Джанибека. Тот с монаршей милостью дает ему ярлык с освобождением Русской церкви от налогов (хотя она уже более ста лет как освобождена), подарки от ханши и пайцзу (верительную грамоту), чтобы никто его не трогал по дороге в Москву! Митрополит в шоке говорит, что никакого чуда не совершал, но его никто не слушает. Хэппи-энд.

Все это происходит на фоне масштабных декораций города Сарая-Берке и компьютерной графики столицы Орды, похожей на планету из кэмероновского «Аватара». Кстати, в описаниях средневековых путешественников и историков Сарай середины 14 века предстает городом, где жило не менее 100 тысяч человек (по средневековым меркам это мегаполис), работали общественный водопровод и канализация, существовала сложная сеть каналов, прудов, бассейнов и фонтанов. В городе были многочисленные каменные дома, дворцы, мечети, христианские храмы (в том числе и Сарайской православной епархии, официально отмечающей в этом году свое 750-летие), духовные школы и университеты, большие по площади жилые кварталы богатых горожан и ремесленников, мавзолеи и минареты. После европейских городов, где в то время царили грязь, антисанитария и чума с холерой, Сарай-Берке поражал путешественников своей красотой и величием.

В прошкинской «Орде» столица монголов – просто большое скопище каких-то глиняных мазанок внутри такой же на вид глиняной крепостной стены. А ханша Тайдулла, супруга великого хана Узбека (принявшего ислам в государстве) и мать нескольких последующих ханов, живет в почти обычной юрте. Выделяется, правда, своей высотой ханский дворец, построенный, впрочем, вообще без всяких архитектурных изысков! На протяжении всего фильма в окружении хана Джанибека мы не видим ни одного лица духовного звания, мусульманского или какого-либо другого священника (что не соответствует исторической правде), а его приближенные нукеры-воины, так сказать, ханская гвардия, выглядят как неопрятные пастухи.

Впрочем, это все мелочи. Как справедливо говорит режиссер Андрей Прошкин в своих многочисленных интервью (реагируя на взрыв возмущения по поводу его фильма в Татарстане), художник имеет право на свою «правду вымысла». Режиссер избегает употреблять по отношению к своему фильму определения «житие» или «сказка». По его мнению, фильм «Орда» - это своего рода «киномиф». Хотя первоначально заказчики фильма из «Православной энциклопедии» предлагали талантливым Арабову и Прошкину сделать именно киношный вариант официального церковного жития одного из святых Русской православной церкви. Об этом говорит и рабочее название фильма – «Святитель Алексий». Кинематографистам, по-видимому, удалось убедить заказчиков в том, что нужно более «трэшевое кино».

От мифа к политике

Любопытна чисто политическая идея этого проекта, являющегося продолжением фильма-саги «Поп».

Несмотря на коммерческий неуспех, на едкие замечания и критику специалистов-историков и религиоведов, и даже на громкую обиду «соотечественников», представляющих современных «татаро-монголов», фильм «Орда» очень важен для его создателей в другом деле. В деле «политической реабилитации» Русской православной церкви, решившей еще при жизни бывшего патриарха РПЦ Алексия II таким ярким способом ответить на неудобные вопросы, всегда мучившие информированную часть паствы. Почему церковь в XX веке на оккупированных территориях молилась за «германское воинство и правителя Германии», а в XIII-XV веках – за «царя царей и его семью», живущих не в Москве или Киеве, а сначала в Сарае-Бату, а затем в Сарае-Берке?

В соответствии с почти официальной позицией церкви, это происходило не для того, чтобы получить покровительство «земных владык», а от сострадания к своей мучимой пастве. Пока о политической реабилитации так называемых попов-«коллаборационистов» не говорят в православных передачах на телевидении, в санкционированных проповедях или официальных заявлениях РПЦ МП. Но в художественной сфере такой «пробный камень» с успехом закинут.