Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

27 марта уже в 52-ой раз во всём мире отметили Международный день театра. Выросший из античного, современный театр существенно отличается не только от того, каким был на заре своего рождения, но и от того, каким был ещё 10-15 лет назад. Оказавшись в условиях жёсткой конкуренции, театр сегодня не может не изменяться. Он должен соответствовать духу времени, иначе просто не выживет в условиях нынешней массовой культуры. Одним из наиболее заметных изменений последнего времени в театрах нашего города, стало световое решение спектаклей. Накануне возвращения в Москву, художник по свету Сергей Грачёв, хорошо знакомый улан-удэнцам, рассказал о своём сотрудничестве с бурятскими театрами.

- Сергей, как давно началось ваше сотрудничество конкретно с русским драматическим театром?

- Моё сотрудничество с русским театром началось с «Трёх сестёр» в сентябре 2011 года. На тот момент работа над спектаклем уже шла. Просто случился форс-мажор. Очень серьёзно заболела приглашенный из Томска художник по свету Наташа Гара и была вынуждена лечь в больницу. Спектакль некому было довести до премьеры. Но у художественного руководителя русского театра Анатолия Борисовича Баскакова были отношения с РАМТом. А я в это время с этим театром работал - выпускал спектакли. Он связался со мной и спросил, не могу ли я приехать и выпустить «Три сестры». Поскольку у меня на год, а то и на два график расписан, наверное, я бы не смог приехать. Но на тот момент я работал в большом проекте. А когда большой проект, он подразумевает наличие ассистентов: у режиссера, у художника-сценографа. И у художника по свету тоже может быть ассистент. Я решил этим воспользоваться. С согласия режиссёра пригласил ассистента, чтобы довести наш спектакль до премьеры (там совсем немного оставалось), и прилетел в Улан-Удэ.

- То есть, Анатолий Борисович попросил выручить театр, и вы согласились. Вы такой безотказный человек?

- Безотказный - не совсем правильно. Есть такое понятие - театральный человек, т.е. человек театра. А есть человек случайно, по каким-то обстоятельствам работающий в театре. И это не зависит от времени. Можно быть человеком театра уже через год, а можно и не быть им, проработав чуть ли ни всю жизнь. Это отношение. Это понимание: твоё ли это пространство. Если ты птица, твоё ли это небо, если ты рыба, твоя ли это заводь…Я театральный человек. И я в театре всю свою жизнь. Я понимаю - надо выручать. Я не первый раз уже это делал. Поэтому я приехал. Тем более «Три сестры». Это всегда замечательно! Ну и плюс то, что я очень хорошо знаю Бурятию и соседнюю Иркутскую область. У меня хобби путешествовать. Я весь Байкал обошёл. В Бурятии, кроме степей, везде был. Восточные Саяны, Баргузинский хребет, Северобайкальское нагорье, Долина вулканов, Пик топографов - для меня не просто точки на географической карте.

- Итак, «Три сестры», теперь вот «Жанна». Кроме этого, между ними были и другие спектакли, поставленные вами совместно с Анатолием Баскаковым. Я так понимаю, есть обоюдная заинтересованность?

- Безусловно, можно выпустить спектакль и не увидеться с режиссёром больше никогда. Или ты ему можешь не понравиться, или он тебе может не понравиться. У нас, у художников, только один способ как-то высказать своё отношение: это не работать больше или, наоборот, работать. Во время работы над спектаклем тогда в первый раз я понял, что Анатолий Борисович - слышащий режиссёр, понимающий режиссёр. И контакт у меня с ним, как у художника по свету, был полный. При этом ещё важен же результат. Иногда бывает: люди милые, хорошие, а результата нет. А если результата нет, то тяжело дальше двигаться. Просто невозможно. А здесь результат, на мой взгляд, был просто замечательный. Мы добились того, чего хотели. Мы сделали некое «большое кино» в театре. Самое главное, не забыли про Чехова! Я считаю, спектакль получился очень интересный. Он может нравиться, не нравиться, но он очень любопытный и интересный. И в театре поняли, что без художника по свету в наше время нельзя. Второй раз меня пригласили, когда я работал с Иркутским драматическим театром имени Охлопкова. Я выпускал там два спектакля: «Женитьбу» с Рустемом Фесаком и «Тёмный лёд» с Геннадием Шапошниковым. В это же время здесь режиссёр Сергей Левицкий выпускал спектакль «Приключения Чипполино, или Тайна загадочного письма». В Иркутске у меня появилось окно в четыре дня, и я приехал. Затем было новогоднее шоу «Приключения Маши и Вити» и большой проект «Сказки старого Арбата» режиссёра Юрия Ардашева.

- Сергей, насколько я знаю, вы ещё работали с нашими театрами оперы и балета и бурятской драмы.

- Да, в оперном театре я принял участие в постановке спектакля «Жизель». После чего директор Аюна Цыбикдоржиева попросила меня восстановить ещё несколько спектаклей из репертуара театра. Я тогда задержался на месяц и изменил световое решение ещё в нескольких спектаклях, стоящих в репертуаре, в том числе «Чио-Чио-Сан», «Дзамбулинг» и др. В следующий раз я уже приехал по приглашению театра бурятской драмы имени Хоца Намсараева и с Цыреном Бальжановым выпустил спектакль «Сострадание». Кстати, нужно отдать должное Министерству культуры республики и директорам театров, которые осознали, что без современных технических средств, без световых решений современный театр невозможен. И приложили усилия по оснащению театров техническим световым оборудованием. Хочется надеяться, что в дальнейшем это оснащение продолжится. В частности, будет приобретено новое световое оборудование для театра бурятской драмы.

- Сергей, и всё-таки художник по свету - насколько значимая в театре фигура?

- Одна из важных. И вот почему. Сегодня свет, световое решение являются неотъемлемой частью любого представления. Потому что использование светового сопровождения помогает создавать визуальные образы. Раньше, говоря о театре, использовали такое понятие как «пространственно-временное искусство». Сегодня театр - это ещё и визуальное искусство. Чтобы было понятно, можно провести параллель с кино. В кино есть главная фигура - режиссёр, который имеет некий замысел и всё формирует в соответствии с этим замыслом. А есть оператор, и это тоже важная фигура. Потому что оператор – он и есть то, что мы видим. Что нужно режиссёру. И художник по свету - это такой же оператор в театре. Что нужно - подчеркиваем, что нужно - укрупняем, что нужно - детализируем, что нужно - акцентируем, а что не нужно - прячем, например, плохо играющего актёра (смеётся). И таким образом создаём образ и атмосферу. С помощью современных световых технологий художник по свету раскрывает творческий замысел режиссёра. Конечно, свет - всего лишь один из элементов. Другое дело, насколько он важен! И это решает режиссёр.

- Сергей, вы принимали участие в работе лаборатории «ArtЭРиЯ», как лично вы оцениваете то, что получилось?

- Считаю, что многое в работе лаборатории было и интересным и, в некоторой степени, новаторским. Впервые именно здесь мы создали на большой сцене камерное пространство для спектакля и зрителей. Когда зрители находились не в зале, а на самой сцене. Кроме этого Олег Лоевский проводит лаборатории давно с разными театрами и в разных городах. Но, как правило, раньше для постановки брались эскизы или отрывки. Потому что, что можно поставить за 3-5 дней? В Улан-Удэ опять же впервые, по настоянию Анатолия Борисовича, решили попробовать поставить пьесы полностью. И получилось! Зритель за них проголосовал, т.е. чтобы эти спектакли были в репертуаре. И они есть сегодня в репертуаре театра. Конечно, они были доработаны, но они есть, они идут. И это тоже впервые в истории лабораторий. Кроме этого, для актёров, которые участвовали в проекте, это стало определённым творческим ростом. В некотором роде встряской, они сами от себя не ожидали, насколько по-иному они могут играть. Поэтому я считаю, что «ArtЭРиЯ» для театрального пространства республики - это, безусловно, событие.

- Сергей, за полтора года вы подготовили к выпуску 8 премьер и создали новое световое решение для 10 ранее поставленных спектаклей. Ваша миссия выполнена?

- То, что в театрах Бурятии поняли, что со светом нужно работать серьёзно, безусловно, делает мой приезд сюда не напрасным. И поэтому у меня на сегодняшний день осталась всего одна задача, но самая главная, - оставить здесь ученика, а ещё лучше - учеников. Чтобы в каждом театре был свой художник по свету. И чтобы они могли самостоятельно выпускать спектакли. И такие люди уже есть, они уже появляются, просто их надо доучить. Если мне удастся эту часть работы – обучение – довести до логического завершения, я буду считать, что моя миссия выполнена.


СПРАВКА: Сергей Грачёв родился и живёт в Москве. Как художник по свету, ставил спектакли в московских театрах: РАМТ, театр «Мастерская Петра Фоменко», Московский Академический театр имени Владимира Маяковского, Театр на Таганке, Театр-студия «Человек», а также во многих театрах других городов России. Работал с такими режиссёрами, как Пётр Фоменко, Сергей Женовач, Кама Гинкас, Сергей Яшин, Иван Поповски, Олег Рыбкин, Евгений Каменькович, Рустем Фесак, Юрий Ардашев и др.