Последними на судебном процессе по делу министра сельского хозяйства Бурятии Александра Манзанова были допрошены в качестве свидетелей заместитель председателя правительства Бурятии по экономике Александр Чепик и следователь Управления ФСБ России по Бурятии Александр Силин. После этого судья Сайдулла Хаджаев датой следующего заседания суда назначил 27 июня.

На последнее заседание суда, состоявшее 20 мая, наконец-то, явился заболевший было подсудимый Александр Манзанов. Учитывая обострившуюся ситуацию на процессе, когда судья Сайдулла Хаджаев дважды выносил решения о принудительном приводе Манзанова в суд, подсудимый, по его словам, сам «отказался от госпитализации» и добровольно выразил желание принять участие в допросе важного свидетеля – Александра Чепика.

Основной вопрос, который гособвинитель Дарима Дугарова пыталась выяснить в ходе допроса зампреда заключался в следующем. Действительно ли решения возглавляемого Александром Чепиком Координационного совета по инвестиционной политике при правительстве Бурятии (члены совета - все министры и руководители республиканских исполнительных органов власти) не являются обязательными при распределении финансовых средств, выделяемых агрофирмам Министерством сельского хозяйства РБ в качестве господдержки?

Афера «Сибирского огорода»

При исследовании доказательств в ходе судебного процесса по этому скандальному делу выяснилось, что аферисты из компании «Сибирский огород» 9 ноября 2011 года по подписанным министром Манзановым фиктивным документам получили из бюджета республики 11 млн 132 тыс. рублей, не имея на это, как полагает сторона обвинения, даже формальных оснований.

Ведь фирма «Сибирский огород» до 9 ноября еще не была внесена в реестр получателей господдержки ни по одной из программ развития АПК Бурятии. Во-первых, решение Координационного совета (КС) по инвестиционной деятельности при правительстве Бурятии (под председательством Чепика) о внесении «Сибирского огорода» в реестр получателей субсидий было вынесено "задним числом" - только 15 ноября на заседании КС. А во-вторых, господдержку по этому решению «Сибогород» должен получить по другой РЦП «Развитие агропромышленного комплекса и сельских территорий в РБ на 2011-2017 годы». А получил совсем по другой программе - РПЦ «Развитие производства картофеля и овощей в РБ на 2009- 2011 годы».

При этом сам Александр Чепик на допросе у следователя Управления ФСБ России по Бурятии 24 января 2013 года по уголовному делу «Сибирского огорода» («дело Павлова – Маслова») рассказал, что решение о предоставлении или не предоставлении господдержки принимается только Координационным советом. Этот протокол допроса, кстати, изъят из того прошлогоднего дела, обвинительный приговор суда по которому уже вступил в силу. Его приобщили к делу министра Манзанова, рассматриваемому сейчас в Железнодорожном райсуде.

Эти двусмысленные вопросы и роль зампреда Чепика и выяснялись на судебном заседании 20 мая.

Чем занимается «совет Чепика»?

В ходе допроса Чепика в суде обнаружились, по выражению гособвинителя Дугаровой, «существенные противоречия» последних показаний свидетеля с тем, что он говорил более года назад следователю в УФСБ. По словам Чепика, его совет 15 ноября принимал решение не об оказании конкретной господдержки этой сомнительной фирме (выделении субсидии на «возмещение затрат»), а просто рассматривал заявку «Сибирского огорода». В том же день, кстати, рассматривалась и заявка «заиграевской» компании ЗАО «Свинокомплекс «Восточно-Сибирский», как некий «инвестиционный проект».

А решение о выделении субсидии принимал самостоятельно Минсельхоз РБ в лице министра Манзанова. Причем, решения КС, по мнению Чепика, вообще не являются обязательными для Минсельхоза РБ. Оно якобы в своих действиях руководствуется другими нормативными актами. А именно - Порядками предоставления субсидий сельхозтоваропроизводителям, которыми разработаны для разных случаев осуществления мер господдержки со стороны Республики Бурятия.

В то же время, решения КС, как сообщил Чепик, носят не обязательный, а лишь «рекомендательный характер». Это правило, по его словам, распространяется на все решения Минсельхоза Бурятии.

- Если речь идет о получении госгарантий, то это (решения КС – С.Б.) носит определяющий характер. Решения о поддержке малого предпринимательства тоже носят определяющий характер. При мерах поддержки со стороны сельского хозяйства – рекомендательный характер. Все, что касается министерства сельского хозяйства, носит рекомендательный характер, - такое неожиданное заявление сделал в суде зампред правительства Бурятии Александр Чепик.

Эту странную ситуацию в суде разбирали почти два часа. Получается, что в правительстве РБ, с одной стороны, существует некий «важный орган» (КС по инвестиционной деятельности). Его члены - министры и руководители республиканских властных ведомств под руководством Чепика принимают решения о выделении бюджетных средств на те или иные проекты, представляемые министерствами. А с другой стороны, этот орган вообще не обязан отвечать за свои решения!

То есть, рычаг влияния имеем, «хотим - даем деньги, не хотим – не даем», а за последствия отвечают сами министерства. Если попадутся? Да и сами министерства, как выяснилось, тоже сложно привлечь к ответственности за неэффективное использование бюджетных средств.

Дотошный судья

В ходе допроса Александра Чепика гособвинитель Дугарова упорно пыталась выяснить то, зачем нужно было на заседании КС по инвестиционной деятельности принимать решение о выделении господдержки, если за несколько дней до этого субсидия было уже выделена. Смысл нескольких ответов Чепика на один и тот же вопрос гособвинителя было понять трудно.

К тому же, как выяснилось при ответе свидетеля Чепика на вопрос судьи Хаджаева, пресловутого «реестра получателей государственной поддержки» вообще не существует как обязательного нормативного списка, утвержденного каким либо органом правительства Бурятии или каким-либо иным органом власти. Куда и зачем включают получателей субсидий из бюджета республики?

Вот ответ Чепика на вопрос судьи о том, почему «Сибогород» внесен Координационным советом в реестр получателей господдержки по одной программе, (название РЦП зафиксировано в протоколе заседания КС), а получил деньги раньше совсем по другой программе.

- Мы (КС – С.Б.) принимаем решение поддержать или не поддержать, а они (министерство сельского хозяйства РБ – С.Б.) уже сами определяют, в рамках какой программы, - уверенно ответил Александр Чепик.

В целом допрос Чепика оставил двоякое впечатление на участников процесса. В конечном итоге определять то, «защитил» или «потопил» зампред своего подчиненного, решит судья Хаджаев.

Оправдают ли Манзанова?

Во время допроса следователя ФСБ Александра Силина выяснялись обстоятельства другого допроса, который Силин проводил с Александром Чепиком в ходе досудебного следствия по уголовному делу Манзанова.

В основном, следователь с помощью гособвинителей опровергал последние показания Чепика о том, что он был на допросе в ФСБ «ровно пять минут», а сам что допрос проводился формально. То есть, сам Чепик дал понять, что его прежние показания получены сомнительным путем, в то время как следователь прямо утверждал, что свои показания Чепик давал подробно, в ходе свободного рассказа, а затем, после подробного согласования текста протокола допроса, эти показания лично подписал.

Подсудимый Манзанов попытался уличить следователя в фальсификации доказательств, в частности, допросов пяти свидетелей обвинения, в тексте которых приводится одно и то же предложение.

- Как Вы объясняете тот факт, что все допрошенные в разное время свидетели (Пахомов, Высоцкая, Тугмитова, Костриков, Чепик – С.Б.) дают показания, которые совпадают практически слово в слово, вплоть до подчеркиваний и скобок? – спросил Манзанов следователя Силина.

- Процедура, когда сельхозтоваропроизводители обращаются в министерство за господдержкой, в принципе, одна и та же. И свидетели отвечают на один и тот же вопрос в целом в одной и той же последовательности. По возможности стилистика ответов свидетелей сохранялась. При ознакомлении с протоколом допроса, при его личном прочтении у них замечаний не имелось, что подтверждается удостоверительными подписями, - парировал Силин.

Ранее можно было прогнозировать, что защита подсудимого будет добиваться того, чтобы судья Хаджаев признал почти все основные доказательства вины Манзанова, то есть, показания свидетелей обвинения, «ненадлежащими доказательствами». И полностью оправдать Александра Манзанова.

Процесс приблизился к прениям сторон

В конце заседания 20 мая судья Сайдулла Хаджаев, учитывая болезненное состояние подсудимого, отсутствие его московских адвокатов и другие обстоятельства, объявил перерыв в судебном следствии до 27 июня!

Председательствующий предупредил, что на следующем заседании судебное следствие будет завершено повторным допросом еще одного свидетеля из Минсельхоза РБ и приобщением к делу фототаблицы по итогам выездного заседания суда, которое проходило на Унэгэтэйской оросительной системе (УОС). Эта фототаблица свидетельствует о том, что никаких работ «на внутрихозяйственной части» УОС до сих пор не было.

По настроению судьи участники процесса почувствовали, что ходатайств по рассмотрению других материалов он больше принимать не будет. Судья попросил обе стороны процесса «приготовиться к судебным прениям» и выразил мнение о том, что «времени для подготовки предостаточно». Скорее всего, судебные прения состоятся уже на следующем после 27 июня заседании, то есть, в понедельник, 30 июня.

Можно ли привлечь к ответственности министра?

Такой любопытный диалог адвоката Батора Жамсаранова и зампреда Александра Чепика.

Батор Жамсаранов (БЖ): Кто должен проверять факт выполнения работ?

Александр Чепик: Я считаю, что это должен делать сам заявитель (получатель субсидии – С.Б.), а не министерство сельского хозяйства. Есть предписание прокуратуры о том, что контрольные функции за министерствами не закреплены. Поэтому контроль у нас за заявителями.

БЖ: Какой орган проверяет эффективность использования бюджетных денег?

Чепик: У нас бюджет ориентирован на результат. Все деньги, которые закрепляются за министерством, идут под исполнение конкретных индикаторов. Поэтому ответственность у них, у министерств, даже не за деньги, а за индикаторы, которые они исполняют!

БЖ: Может ли руководитель ведомства быть привлечен к ответственности за неэффективность использования бюджетных средств?

Чепик: Нет, не может быть привлечен. Сколько раз у нас деньги просто возвращаются обратно в бюджет, федеральный и республиканский! Это же текущая работа любого ведомства.

Ранее участники судебного процесса, в том числе и наблюдатели, изучая добытые обвинением и защитой материалы, с удивлением узнали о том, что, по мнению защиты, министр и его подчиненные, давая миллионы бюджетных денег заявителю, не обязаны проверять выполнения работ, за которые он получает компенсацию. Сегодня они узнали о том, что за использование денег министры вообще не отвечают!