Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

Новый фильм Баира Дышенова «Талын наадан», недавно приехавший из Монреаля, прошел конкурсный отбор и включен в программу Сингапурского кинофестиваля. В бананово-лимонном Сингапуре, воспетом Александром Вертинским, 5 декабря этого года состоится азиатская премьера бурятского фильма.

XXV Сингапурский международный кинофестиваль (SingaporeInternationalFilmFestival) проводится с 1987 года. Он сфокусирован на показе международных фильмов и создании масштабной платформы для лучшего сингапурского и азиатского кино. Ориентируясь на новаторское азиатское кино, это престижное мероприятие известно своей динамической программой и приверженностью к развитию локальной кинокультуры.

О судьбах кинофильма «Талын наадан» «Новой Бурятии» рассказал его автор Баир Дышенов.

- Баир, почему так повезло твоему фильму «Талын наадан» провести в августе мировую премьеру на Монреальском кинофестивале, готовиться к премьере на родине в Бурятии и к азиатской премьере в Сингапуре?

- Да, действительно, тут возникла очень интересная коллизия. Но обо всем по порядку: когда мы закончили фильм, то подали заявки на ближайшие мировые кинофестивали. И для нас очень важным событием было то, что наш фильм прошел отбор и был приглашен на кинофестиваль в Канаду, который проходил с 21 августа по 1 сентября этого года. Мы прошли на фестиваль с условием проведения мировой премьеры.

Дело в том, что Монреальский фестиваль относится к высшей категории «А». Соответственно участие в этом престижном кинофоруме дает кинокартине определенный знак качества. Участники фестиваля и зрители хорошо приняли фильм, для его повторного показа даже выделили время в последний фестивальный день.

После Монреаля мы начали готовиться к премьере «Талын наадан» в Бурятии. Вы, наверно, уже знаете, что премьерные показы начнутся во всех кинотеатрах Улан-Удэ, Гусиноозерска и Кяхты 30 октября.

И вот недавно нашу заявку на участие принял Сингапурский кинофестиваль, где наш фильм также благополучно прошел отбор. Это тоже кинофестиваль мирового уровня, который представляет миру фильмы из азиатских стран. Интересно, что по классификации этого кинофестиваля Россия не является азиатской страной, однако наш фильм был допущен к участию. Более того, в Сингапуре пройдет его азиатская премьера, несмотря на то, что премьера в нашей стране состоится 30 октября.

А вот, к примеру, если бы мы были монголами и провели бы премьеру фильма в Монголии в октябре, тогда мы не смогли бы претендовать на статус азиатской премьеры в Сингапуре.

28 октября сингапурцы на сайте кинофестиваля должны опубликовать свою программу. Пока же мы знаем только то, что день премьерного показа «Талын наадан» запланирован на 5 декабря во внеконкурсной секции «Кино сегодня» (Cinema Today). Сингапурский кинофестиваль будет проходить 4-14 декабря, я с удовольствием буду представлять фильм на этом кинофоруме. Кроме того, хочется понять, как устроен и как работает азиатский кинорынок.

- О ком и для кого вы снимали фильм «Талын наадан»?

- В Монреале мне часто задавали этот вопрос. Отвечал я на него так - снимал кино про бурят и для бурят. В этом фильме я больше наблюдатель за различными жизненными ситуациями, чем советчик. Вообще я не люблю давать какие-то нравоучения. А теперь я все больше задаюсь вопросом – я делал это кино или же наоборот - кино сделало меня нынешним?

В этом фильме я не ставил перед собой задачу изменить мир. Я хотел что-то сформулировать для себя, лучше понять нашу жизнь, так ли мы живем. В фильме есть некоторая неопределенность даже в отношении главного героя. В нем есть несколько персонажей, которые могли бы претендовать на статус главного героя. И мне кажется, что каждый зритель для себя определит своего главного героя. И прочувствует для себя что-то важное. Критики, которым я отослал для оценки фильм, уже высказали мне свои оценки. Причем каждый говорил о чем-то своем. Каждый из них воспринимал фильм по-своему.

Поэтому мне очень важно, что скажут зрители в Бурятии о фильме. И хочется, чтобы люди скорее посмотрели "Талын наадан".

- Ощущаете волнение?

- Очень сильно волновался в Монреале. Переживал из-за того, как члены жюри и канадские зрители воспримут фильм. Очень сильно переживал из-за возможных технических неполадок. Один кинокритик рассказал, что был как-то случай, когда фильм начали демонстрировать без звука. Это, конечно, сильно повлияло на его восприятие зрителем. Поэтому перед просмотром нашего фильма я пришел в кинозал пораньше и попросил включить его, чтобы убедиться, что нет никаких технических неполадок. Все было нормально, и я ушел. Просто физически не мог находиться в зале при первом просмотре.

Зрители смотрели «Талын наадан», а я ходил по монреальским улицам. Пришел к его завершению, зрители восприняли фильм очень хорошо. Каждый фильм вызывает после просмотра какие-то вопросы. А вот после нашего фильма началось даже настоящее обсуждение, довольно оживленное. Мне задали очень много вопросов. Кого-то заинтересовала музыка, кто-то спрашивал о сюжете, задавали вопросы о Бурятии и бурятах.

И вот дома, в Бурятии, меня не оставляет напряжение перед показами 30 октября. Здесь волнение другого рода - как наши посмотрят фильм и что скажут о нем. Вообще, нельзя сказать, что фильм родился и состоялся, пока его не посмотрят зрители, которым он и предназначен. Рождение фильма проходит во время кинопроката. Этот фильм в Бурятии пока видело всего несколько человек. Даже актеры не видели его целиком, каждый из них знает только свою роль.

- А как вы пришли к этому фильму?

- Для меня это первый большой и серьезный фильм. До этого я снимал короткометражные фильмы - «Улыбка Будды», «Наказ матери», затем был «Отхончик». В каждом фильме я решал строго определенную задачу. Дело в том, что у меня нет специального кинообразования, я непрофессиональный режиссер и никогда не был на чужой съемочной киноплощадке, не участвовал в чьих-то киносъемках. Я - человек театра. Но волею судеб не мог заниматься серьезным театральным творчеством, поэтому набрался наглости снять фильм и даже отправил его на Берлинский кинофестиваль (короткометражный фильм «Улыбка Будды» в 2009 году на Берлинском кинофестивале получил один из призов - «Хрустальный медведь». - Ред.). Однако тогда я понимал, что взяться сразу за большой полнометражный фильм не смогу.

Над каждым новым фильмом мы работали очень много, изучали и совершенствовали процесс съемок, осваивали техническую сторону кинопроцесса. Это были мои университеты. Постепенно нам удалось собрать специалистов. В итоге мы сколотили крепкую бурятско-иркутско-монгольскую команду киноспециалистов и сумели наладить полноценное кинопроизводство. Теперь мы можем переходить к плановой кинодеятельности на постоянной основе.

Совсем недавно мы назвали нашу студию «Буряткино», сформировав таким образом нашу сверхзадачу в кинопроизводстве - мы снимаем бурятское кино. И в Монреале все понимали - «Талын наадан» это национальное кино, понимали, что буряты могут делать кино неплохого уровня. Это достижение определенного уровня цивилизованности. И можно съездить в Бурятию.

- Какое будущее, по вашему мнению, ожидает кино в Бурятии, ведь еще недавно говорили о кинобуме?

- Да, был всплеск съемок кино, это было довольно массовым явлением. Я уже как-то говорил, что этому способствовали значительное удешевление кинопроцесса, появление цифровой техники. И говорил, что в дальнейшем в кино сохранятся те, кто сможет выйти на качественно новый уровень кинопроизводства.

Приведу такой пример. Друзья рассказали как-то, почему кино не снимается в Иркутске: «город наш купеческий, все умеют считать деньги, и если что-то невыгодно, этим никто и не занимается. Это у вас в Бурятии идеалисты готовы снимать ради идеи».

Сейчас мы наблюдаем определенное затишье. Думаю, что идет некоторое осмысление пройденного. И все же надеюсь, что кино в Бурятии выйдет на новый уровень.

Сам же я был в стороне от этого кинобума, когда снимали шумные успешные в кассовом отношении фильмы. Мы снимали небольшие фильмы, выстраивали съемочную технологию.

- Почему вы представляете свои фильмы на международных кинофестивалях?

- Точно скажу, что кино я снимаю не для фестивалей. Участие в кинофестивале для меня, как для автора, это возможность получить объективную оценку своей работы. Ведь уже то, что фильм отобран для участия в кинофестивале является высокой оценкой. И это дает удовлетворение своей работой, которой я занимался несколько лет. Это как поощрение, которое заряжает новой энергией и заставляет браться за новый фильм. Для меня очень важно понимать, что я двигаюсь в своем творчестве в правильном направлении. Поэтому до премьеры здесь у нас я стараюсь оценить новый фильм у профессионалов, которые и проводят кинофестивали. Только потом я кино отдаю в прокат нашим зрителям.

Сейчас я отношусь к кинофестивалям, как к необходимым инструментам для работы, можно сказать, что это определенный элемент кинопроизводства и продвижения. В Монреале я впервые участвовал в кинофестивале с полнометражным фильмом. А это совсем другая весовая категория, нежели когда на кинофестивале бываешь с короткометражным фильмом.

- Как кино поддерживают в других странах?

- Кино во многих странах поддерживается государством и крупными корпорациями. Это было хорошо видно на примере Монреальского кинофестиваля. К примеру, киргизский фильм во внеконкурсной программе представляла целая делегация с представителями министерств, дипломатами, актерами. Они проводили пресс-конференцию в национальных одеждах, публиковали статьи в монреальской прессе. В общем, киргизы пиарили свою республику.

Многочисленная японская делегация привезла не только фильм, но и телевидение, которое вело телерепортажи. Примерно так же действовала китайская делегация. Конечно, это объясняется просто - в этих странах, даже в Киргизии, есть свой кинорынок. В Японии и в Китае кинорынки имеют миллиардные обороты. Кроме того, они при помощи фестиваля получают возможность продвинуть свой кинопродукт в страны Северной Америки.

На кинофестивале я увидел, что при помощи кино любая страна может громко заявить о себе на международном уровне. Бесспорно, что кино является важным показателем уровня культуры страны. После Монреаля я вижу перспективы нашей студии «Буряткино». Для меня это был познавательный и полезный опыт.

- Почему Бурятия не поддерживает кинопроизводство?

- Считаю, что определенная государственная поддержка необходима. К примеру, в Якутии есть государственная киностудия. Там есть режиссеры, есть оборудование, павильон. Конечно, там есть и частные киностудии, но тон задает именно государственная киностудия, это флагман отрасли. На уровне России есть «Мосфильм», на производственных мощностях трудятся частные киностудии, и это формирует отрасль. В Бурятии, по сути, нет государственной поддержки кино. И в последнее время у меня крепнет ощущение, что у нас в республике вообще нет поддержки национальной культуры.

Насчет кино скажу, что в прошлом году была строка бюджета - поддержка кино, целых 1,5 млн руб. Хотя для кинопроизводства это сумма смешная. При этом в республиканском Минкульте нет специалиста, который бы разбирался в кино. И там некому определить, куда инвестировать бюджетные средства по этой строке. Средства определили для поддержки проката. Но ведь надо поддерживать и поощрять производство - может быть, построить павильон, приобрести кинооборудование.

Развитие культуры в большей мере зависит от государственной политики, от целей, которые перед собой ставит республика - куда двигаться, как развиваться. Повторю, что есть ощущение, что нашему правительству это не нужно. Для них, может быть, было бы лучше, если бы этой культуры и искусства вообще бы не было. И не было бы, к примеру, у нас театров - правительству было бы еще лучше. В правительстве, вероятно, и не понимают, зачем нужны театры, зачем нужна культура, особенно национальная. А для нас, бурят, наша национальная культура очень важна. Она необходима для самосохранения народа - именно современная, живая культура, профессиональное искусство. Это душа народа.

Еще один пример - приезд вахтанговцев в Бурятию. Это было здорово и круто. Это историческое событие. Когда я прилетел из Монреаля, сразу пошел на спектакль вахтанговцев «Дядя Ваня». Заранее купил билеты на все спектакли, тогда я еще не знал, что уеду из Улан-Удэ. Этот спектакль погрузил меня в несколько часов настоящего театрального счастья.

Так вот, визит вахтанговского театра показал, насколько низок уровень наших театров. Понимаю, что нашим театрам тяжело, можно найти тысячу и одну причину, почему у нас невозможно развить театральное искусство до таких высот. Но у нас есть такие же профессиональные актеры, как Маковецкий. Почему они уступают ему в качестве игры? У нас есть режиссеры не хуже московских - например, Юмов. Минкульт обязан думать о таких специалистах, как Юмов, об их трудоустройстве. Один Юмов для народа важнее, чем все республиканское Министерство культуры. Их бы всех разогнать, а бюджет отдать Юмову для театрального творчества. Они просто не понимают сути художественного производства.

Приезд вахтанговцев подчеркнул и тот факт, что культура и искусство полезны только тогда, когда мы в Бурятии можем сами производить на хорошем уровне наше культурное достояние. Наша культура должна быть состоятельна и самостоятельна.

К высокому художественному качеству можно прийти только через художественное производство. Надо работать, ставить спектакли. И в этом очень важны финансирование и кадровая политика. Кадры даже более первостепенное условие для развития. Для развития оперного театра важен дирижер. Но, чтобы через 20-30 лет в оперном появился свой хороший дирижер, надо чтобы сейчас в музыкальные школы пошли тысячи детей.

Работу с культурой надо выстраивать на перспективу, это Минкульт должен понимать. Пока же это министерство занимается имитацией работы. Если сейчас убрать Минкульт, ничего не изменится в развитии культуры Бурятии, а может быть, даже станет лучше. Очень плохо, когда учреждение культуры становится чем-то вроде райсобеса, куда за своим пособием люди приходят, ничего не делая для развития культуры.

Так и с кинопроизводством - можно двигаться вперед, только снимая фильмы. Это, действительно, перспективное направление.