Напиши собственную новость и стань автором в Новой Бурятии!

(Продолжение. Начало в «Новой Бурятии» №16 (267) от 3 мая 2015 г.)

Довоенная карьера Ильи Балдынова в РККА связана с первой бурятской национальной частью в Красной Армии – Отдельным Бурят-Монгольским кавалерийским дивизионом. В 30-е годы прошлого века Буркавдивизион был переформирован сначала в Буркавполк, а затем в Отдельную Бурят-Монгольскую Краснознаменную кавбригаду, одну из самых боеспособных частей в Сибирском военном округе и в Отдельной Дальневосточной армии РККА.

Именно в легендарном Буркавдивизионе Илья Балдынов принял боевое крещение, получил свой первый боевой орден (Красного Знамени). Будучи направленным от этой части в Военную академию имени Фрунзе, он первым из бурят получил высшее военное образование в советской военной академии. Он же первым из соплеменников, которым до этого не доверяли высшие командные посты в русских армиях (царской, армии Российской Республики, белых армиях Сибирской Директории, Колчака и Семенова, в РККА), занял должность на уровне командования полка, став начальником штаба одного из двух полков Буркавбригады.

Кто командовал Буркавбригадой

Напомним, что до 1930 года бурятскими кадрами в комсоставе этой национальной части были укомплектованы должности младшего командного состава (100%) и командиров взводов (от 70-ти до 90%). Кроме того, на последнем этапе бурятам доверили должности политруков в кавалерийских эскадронах. В целом же военное командование частью на уровне эскадрона, дивизиона, полка, бригады осуществлялось русскими командирами.

Первым командиром нацчасти, Бурят-Монгольской национальной школы подготовки младшего командного состава при 5-й Кубанской отдельной кавбригаде, был Иван Дударев. В начале 1926 года, когда в Кубанской кавбригаде наряду с национальной школой младшего комсостава был создан Буркавэскадрон, его возглавлял сначала бывший комиссар школы Василий Токмаков, затем Михаил Тихомиров.

В 1927-1932 годах нацчастью, выросшей в отдельный (не подчинялся Кубанской кавбригаде. – С.Б.) Буркавдивизион, командовали Леонид Бусыгин (до 1929 года) и Михаил Лебедев (до 1932 года), командирами эскадронов тоже были русские офицеры. За это время Буркавдивизион получил звание Краснознаменного. Орден Боевого Красного Знамени был вручен кавдивизиону по итогам ее участия в военной операции РККА на КВЖД в 1929 году. А в 1931 году эта национальная часть, укомплектованная младшим и средним комсоставом из числа бурят-монголов, заняла первое место среди частей Особой Краснознаменной Дальневосточной армии (ОКДВА) «по боевой и политической подготовке». То есть в то время она была самой боеспособной частью Красной Армии на Дальнем Востоке.

В дальнейшем, с 1932 года и до расформирования в 1938 году, командиром Отдельного Краснознаменного Буркавполка (сформирован в 1932 году) и Отдельной Краснознаменной Буркавбригады (сформирована в 1936 году) был Михаил Кундо, комиссарами Иван Любимов и Михаил Лебедев.

Таким образом, до того как Илья Балдынов в 1936 году после окончания Военной академии имени Фрунзе был назначен на должность начальника штаба кавполка, в военном командовании Буркавбригады бурят не было. Среди комиссаров-бурят высший пост занимал политрук полковой школы Лука Рубашкевич. Не исключено, что именно Илью Балдынова готовили к тому, чтобы в будущем стать первым бурятом-командиром нацчасти – бригады или будущей дивизии.

Снова о национальных частях

Интересно, что бурят-монгольская часть была единственной национальной частью в РККА на территории Сибири и Дальнего Востока. Кроме этого, была попытка создать воинскую часть для представителей другого крупного коренного народа Сибири – якутов. Однако дело тогда ограничилось созданием в 1924 году Якутской национальной стрелковой роты, которая просуществовала менее двух лет и была расформирована в 1926 году. На базе этой роты в 1925 году была создана Якутская национальная военная школа по подготовке младшего командного состава, в которой обучали военному делу «красноармейцев запаса» до ее закрытия в 1941 году.

Всего же в национальных республиках СССР в 1924-1925 годах в рамках пятилетней программы национального строительства РККА на основе так называемого «национально-милицейского принципа комплектования» воинских формирований было создано по две национальных дивизии (стрелковой и кавалерийской) в Грузии и Узбекистане, по одной стрелковой дивизии в Армении и Азербайджане, по одной кавдивизии в Туркмении и Казахстане, по одному кавполку в Таджикистане и Киргизии.

В автономных республиках РСФСР планировалось создать по одной территориальной (для всех национальностей с преобладанием титульной национальности) стрелковой дивизии с одним кавполком в Татарской и Башкирской АССР, территориальную кавдивизию для горских народностей Северного Кавказа, территориальный стрелковый полк в Якутской АССР, национальный егерский батальон в Карельской АССР и национальный кавполк в Бурят-Монгольской АССР.

В результате вместо одного кавалерийского полка в Бурят-Монголии была сформирована отдельная (с самостоятельным командованием и возможностью переподчинения в составе сводных формирований) кавалерийская бригада, в которую вошли 2 кавалерийских полка, бронетанковый эскадрон, саперный эскадрон, эскадрон связи и комендантский эскадрон. Каждый из двух полков Буркавбригады состоял из 4-х кавалерийских эскадронов, пулеметного эскадрона, полуэскадрона связи, саперного взвода, взвода химической защиты, полковой батареи
76-мм пушек и полковой школы. Все шло к тому, чтобы на основе этой элитной воинской части была создана отдельная Бурятская национальная кавдивизия.

Любопытно, что первоначально в эту национальную часть призывали большей частью молодежь из четырех западных аймаков (районов) Бурят-Монголии – Аларского, Боханского, Эхирит-Булагатского, Ольхонского (Баяндаевского), ныне относящихся к Иркутской области. По-видимому, считалось, что лучше владевшие русским языком иркутские буряты, среди которых в 20-е годы шире, чем в восточных аймаках, распространялись коммунистическая пропаганда и комсомольское движение, были более «благонадежными», чем селенгинские и хоринские буряты, значительная часть которых ранее относилась к «белобандитскому» казачьему сословию. К тому же все воинские команды, приказы отдавались в нацчасти на русском языке.

Впоследствии формирование эскадронов в Буркавполке и Буркавбригаде строилось негласно по территориальному районному принципу, восточных бурят в части постепенно становилось все больше.

Илья Балдынов: начало военной карьеры

С началом формирования в Верхнеудинске в 1925 году бурят-монгольской национальной воинской части (школы младшего комсостава, кавэскадрона) восемь лучших курсантов, молодых бурят призывного возраста (первый призыв в нацчасть 1903 года рождения) были направлены на учебу в Ленинградское кавалерийское военное училище. После окончания этого среднего учебного заведения весной 1929 года все они вернулись в 5-ю Кубанскую кавбригаду, став командирами взводов в Буркавдивизионе. Среди них был и 25-летний младший командир Илья Балдынов.

Сразу после военного училища Балдынов по дороге к месту службы заехал к себе на родину, в улус Булуса Эхирит-Булагатского аймака. Там же, в соседнем селе Ользон он встретил свою юношескую любовь, русскую девушку Валю Суханову, на которой он вскоре и женился. В свою перспективную часть он приехал уже женатым (больше доверия у начальства) молодым военным специалистом, полным надежд на успешную военную карьеру. И военная фортуна командира взвода кавалеристов-пулеметчиков Ильи Балдынова не заставила себя ждать.

Свою первую боевую награду Илья Балдынов получил уже в ноябре 1929 года за участие в боевых действиях против армии Гоминдановского правительства в Китае во время военного конфликта на Китайско-Восточной железной дороге (КВЖД). В ходе Маньчжурско-Чжалайнорской операции РККА, целью которой было окружение и разгром группировки гоминдановцев и русских белоэмигрантов, Отдельный Бурят-Монгольский кавдивизион находился в авангарде советских войск Маньчжурии и сыграл решающую роль в разгроме «белокитайцев».

Первая война Балдынова

6 августа 1929 года Буркавдивизион в составе двух эскадронов, пулеметного взвода под командованием Ильи Балдынова, взвода связи и взвода управления приказом наркома обороны СССР Клима Ворошилова вместе с 5-й Кубанской кавбригадой был выведен из состава войск Сибирского военного округа и вошел в Особую Дальневосточную Армию (под командованием героя гражданской войны Василия Блюхера). Эта армия была создана специально для военных действий РККА на территории Китая во время конфликта на КВЖД.

В состояние войны СССР и Нанкинское правительство Китая, возглавляемое лидером партии Гоминдан Чан Кайши, вошли в июле 1929 года. Причиной раздора стала спорная собственность – Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД), построенная на территории Цинской империи еще в 1903 году русскими концессионными предприятиями на деньги из царской казны. После окончания Гражданской войны в России и в разгар гражданских войн в Китае Советский Союз заставил ослабленный Китай в лице одного из временных китайских правительств признать КВЖД собственностью СССР.

Однако в 1929 году центральное правительство Чан Кайши и сепаратистское правительство Маньчжурии, руководимое наследным принцем Чжан Сюэляном («признавшим» власть Пекина), решили вернуть дорогу в национальную китайскую собственность. В течение лета были закрыты все советские предприятия и организации на КВЖД, сотни советских специалистов с их семьями были интернированы в СССР или задержаны в Китае. Контроль над дорогой перешел к маньчжурскому правительству Чжан Сюэляна.

В августе-сентябре 1929 года советские войска, в числе которых был и Отдельный Буркавдивизион, были сконцентрированы на границе с Маньчжурией. 15 ноября состоялось первое выступление бурятских кавалеристов против «белокитайцев» в рамках Маньчжурско-Чжалайнорской операции РККА. 17 ноября дивизион прорвался в тыл китайской группировки возле станции Маньчжурия, взрывая полотно железной дороги, телеграфную линию, и вступил в бой с противником. Более 200 китайцев были выбиты из окопов и обращены в бегство. Именно Буркавдивизион закрыл кольцо окружения китайских войск в районе станции Маньчжурия и города Чжалайнор.

В следующие два дня находящиеся на острие наступательной операции советских войск Буркавдивизион и 5-я Кубанская кавбригада были атакованы во много раз превосходящими силами армии Чжан Сюэляна, состоящими в том числе и из русских белоэмигрантов. Целью противника был прорыв кольца окружения, в котором оказались китайские войска. Сам Буркавдивизион в тот момент понес первые потери и находился под угрозой полного уничтожения.

Однако уже 20 ноября Буркавдивизион, почти исчерпав боезапас, в конном строю нанес смертельный удар по противнику. В ходе стремительной кавалерийской атаки два бурятских эскадрона, равные по численности двум казачьим сотням, уничтожили (в том числе в рукопашной схватке) более 400 китайцев и взяли в плен около 500 солдат и офицеров, много техники, оружия и боеприпасов. Направленные на прорыв силы китайцев были отброшены назад.

«Поднятый по тревоге Бурятский отдельный кавалерийский дивизион, не дожидаясь подхода частей 5-й отдельной Кубанской бригады, первым смело атаковал рвущиеся на восток многочисленные колонны врага и, врубившись в его ряды, задержал их продвижение, а затем вместе с подошедшими кубанцами обратил врага в бегство. Этой, собственно, атакой была завершена операция по разгрому Маньчжурской группировки противника» – так описал действия Буркавдивизиона командир Кубанской бригады Константин Рокоссовский, будущий прославленный маршал Победы.

В той легендарной атаке отличился пулеметный взвод кадрового командира Ильи Балдынова, внесший решающий вклад в исход боя. Об этом говорит тот факт, что из 14-ти орденов Боевого Красного Знамени (высшей военной награды СССР того времени), которые получили бойцы и командиры Буркавдивизиона (включая весь командный и политический состав части), пять орденов досталось пулеметчикам взвода Ильи Балдынова.

На следующий день дивизион вместе с другими частями ОДВА перешел в наступление вглубь Маньчжурско-Чжалайнорского котла. После полного разгрома и капитуляции врага 24 декабря 1929 года покрытый боевой славой Буркавдивизион возвращается в Бурят-Монголию.

Кстати, результатом военной победы частей РККА на КВЖД стало признание этой железной дороги «совместным советско-китайским предприятием», однако через пять лет СССР продал свою «собственность» на КВЖД правительству Маньчжоу-Го, прояпонского государства, образованного на территории Маньчжурии.

Японский шпион?

После своей первой войны в Маньчжурии орденоносец Балдынов направляется на учебу сначала на курсы политработников в Киеве, затем на Высшие курсы командного состава конницы в Новочеркасске. Закончив учебу, он в 1930 году возвращается в Буркавдивизион. Через четыре года, в 1934 году, Илья Балдынов первым среди бурят-командиров поступает в Военную академию имени Фрунзе в Москве, а после ее окончания вновь возвращается в свою часть, заняв в 1936 году должность начальника штаба одного из полков Буркавбригады.

И вот на пике карьеры, связанной с бурятской национальной воинской частью, капитан Балдынов вдруг оказывается в тюрьме НКВД по обвинению в участии в заговоре военных в пользу Японии. Весь командный состав бригады в 1937-1938 годах был репрессирован, а сама часть расформирована.

Интересно, что Илья Балдынов чуть ли не единственный из арестованных командиров Буркавбригады, которому удалось выйти из тюрьмы, не признав своей вины. Под жестокими пытками, продолжавшимися в течение года. Остальные, признав вину, были расстреляны как японские и английские шпионы.

Что же помогло Илье Балдынову, как и Константину Рокоссовскому, тоже оказавшемуся под следствием и дознанием, выстоять?

(Продолжение следует...)